Книга Мне. Ее. Нельзя, страница 64 – Ольга Дашкова

— Люба, не в этом дело…

— Ой, здравствуйте, а это снова вы? Игнат, я тебе забыла сказать, что приходила твоя девушка. А… тортик, как здорово, спасибо.

Алена как ни в чем не бывало с улыбкой на лице и румянцем на щеках вышла в прихожую. Поверх ее груди было завязано покрывало, волосы растрепанные, губы припухшие, мною зацелованные, даже на шее была пара засосов. Она легко подошла и взяла из рук ничего не понимающей Любы торт.

— С клубничкой я люблю, ну так что, мы будем пить чай? Дядя Саша, некрасиво стоять перед женщинами в чем мать родила, прикрываясь какой-то чашечкой, все же видно.

Вот же паразитка какая, даже здесь меня выводит и заводит. Я даже начинаю возбуждаться от всей этой картины, что меня ревнует молодая красивая девчонка, играет роль моей племянницы и как ни в чем не бывало беседует со своей же соперницей. Мотнул головой, начиная закипать.

— Алена, прекращай, – рявкнул так, что Люба вздрогнула, а Алена лишь улыбнулась:

— А я что? Я ничего. Или ты хочешь поговорить на эту тему?

Еще немного, и она мне устроила бы сцену ревности с отрезанием яиц.

— Ого-го, что тут у нас такое происходит? Добрый день, дамы и… господа…

Из лифта вышел Марат, потому что выходить было больше некому, на этом этаже случайных гостей не ждут, все только свои.

— Господин Игнатов, вас не продует? Свежо как-то, вы не находите?

— Я сейчас тебе по лицу дам.

— Я согласен получить по лицу, даже в челюсть. Ради такой картины. Люба, добрый день. Прекрасно выглядите, отдохнули, загорели, я смотрю.

— Спасибо, Марат. Отдохнула и загорела, но извините, мне пора идти. До свидания, Саша. Всего доброго.

Люба держала лицо. Молодец. Горжусь ей. А вот Аленка выглядела не очень. Посмотрел на нее. Стоит, насупилась, губы поджала, смотрит, испепеляя взглядом. Чувствую, сейчас этот торт полетит в меня.

Хочется спросить в который раз: Александр Александрович, как вы докатились до такой жизни?

— Игнат, тебя точно не продует? Все нормально? – Марат влез с дурацкими вопросами.

— Рот закрой. Заодно и дверь. Заходи.

Марат зашел, Алена, вручив ему торт, гордо зашагала в спальню и с силой захлопнула дверь.

— А девка с характером. Смотри, ты яйца береги.

И что вам всем дались мои яйца?

— Ты пришел оказать заботу моим яйцам или как?

— У меня новость. И такая новость, что тебе не понравится, Игнат.

Марат как-то сразу стал серьезным. Даже нахмурил брови и почесал затылок.

— Что за новость?

— Ну, может, оденешься? И там уже поговорим. А то как-то совсем у тебя жалкий вид будет после нее. Я буду на кухне, чайник поставлю.

Швырнул чашку обратно на консоль. Зашел в спальню, Алена была в душе, было слышно, как шумела вода. Заглянул, девушка стояла неподвижно, но повернула в мою сторону голову.

— Алена, я потом все объясню.

— Не стоит себя утруждать. Я все поняла. Иди, Игнат, тебя ждут.

Вот же зараза какая. В кого только такая пошла? Настырная, наглая. Всю кровь мне уже свернула за эти дни. А то ли еще будет? Но я до такой степени уже прикипел к этой девчонке, что не смогу отпустить.

Пусть крутит из меня веревки, да хоть морские узлы завязывает. Не смогу, нет, не получится. Она как глоток живого, свежего воздуха. Или легкий ветерок, который ворвался в мою обыденную, скучную, серую жизнь, затянутую низкими темными облаками. Она как луч света, как живая вода, пролившаяся на мое мертвое тело и сердце, не смогу отпустить.