Онлайн книга «Примадонны Ренессанса»
|
Этот трагический инцидент омрачил семейную жизнь Изабеллы, и её визиты в Феррару стали реже, чем раньше. Но семейные инстинкты маркизы заставляли поддерживать связь с Эсте, и в долгой борьбе, которую Альфонсо вёл против трёх сменявших друг друга пап, он нашёл верного друга и сторонницу в лице своей сестры. Тем более, что с того момента, как у Лукреции завязался роман с маркизом, его брак с Изабеллой утратил какую-либо теплоту. 1 октября 1506 года Франческо в письме к другу, собиравшемуся жениться, пожаловался: — Мне кажется, что я женат уже двадцать пять лет, а не семнадцать! А 5 октября этому же человеку пожаловалась Изабелла: — В последнее время Его Светлость, как видно, меня разлюбил! 26 ноября, узнав о том, что её брат бежал из заключения, Лукреция поспешила поделиться этой радостью с маркизом: — Я уверена, что новость обрадует Вас: Вы будет довольны этим не меньше, чем герцог (Цезарь). Вы ведь любите его как родного брата. Получив письмо, Франческо перекрестился: — Избави нас Бог от таких братьев, как Борджиа и Эсте! Всё лето и часть осени 1506 года Изабелла с детьми провела в Саккетте. Мантуанский хронист писал: — Чума разразилась во время карнавала и продолжалась так долго, что ворота Мантуи оставались закрытыми до дня Рождества Пресвятой Богородицы в сентябре. В городе и пригородах умерло более 2000 человек, а расходы, связанные с эпидемией, обошлись Гоназга в 140 000 дукатов. Торговля сильно пострадала, и люди были доведены до отчаяния. Вследствие чего налоги в казну не поступали, и Изабелла снова была вынуждена заложить свои драгоценности. Но она мужественно боролась с этим новым бедствием и с присущей ей энергией основывала благотворительные учреждения и облегчала страдания подданных своего мужа. Когда чума начала спадать, маркиз получил весть от папы Юлия II, который решил начать войну против Перуджи и Болоньи, где правили Бентивольо, и пригласил Франческо Гонзага встретиться с ним в Урбино. Герцог Гвидобальдо рекомендовал Юлию II своего шурина как самого отважного и опытного капитана в Италии. 25 июля 1506 года папа прибыл в Урбино, где к его приёму были сделаны грандиозные приготовления: Елизавета одолжила у Изабеллы самый крупный жемчуг и лучшие гобелены, чтобы оказать ему честь. Гостей было так много, что герцогиня написала своему брату: — К великому сожалению, мы не сможем предоставить Вам жильё в нашем дворце, который, не будучи ни Мантуей, ни Феррарой с трудом может вместить Его Святейшество и семьдесят восемь кардиналов. Маркиз прибыл в Перуджу во главе 200 всадников 17 сентября через несколько дней после того, как папа с триумфом въехал в этот город. — Надежда, которую Его Святейшество возлагает на нас, – написал Франческо жене, – не оставляет нам выбора в этом вопросе, и всё же мы не можем не испытывать сострадания к благородной семье Бентивольо, которая всегда была так дружелюбна к нам. После трудного путешествия верхом по горным тропам под проливным дождем папа добрался до Имолы, и здесь 25 октября Франческо Гонзага был назначен генерал-лейтенантом армии вместо Гвидобальдо, который слёг с подагрой. В то же время было получено известие о бегстве Джованни Бентивольо с семьёй в Милан под защиту французского военачальника Шарля д'Амбуаза. Две ночи спустя, 11 ноября, папа с триумфом въехал в Болонью. Перед ним маршировали папские знаменосцы, а сразу за ним – десять белых жеребцов с золотыми уздечками, герцог Урбинский, маркиз Мантуанский, Франческо Мария делла Ровере, префект Рима, и свита знати. Франческо Гонзага восторженно рассказывал о явной благосклонности, с которой папа отнёсся к нему: |