Книга Лучшая принцесса своего времени, страница 151 – Ева Арк

— Король Филипп, конечно же, снова женится. У меня лишь одно желание – чтобы моя дочь Маргарита заняла место сестры.

Екатерина подавила отчаяние из-за смерти Елизаветы, ибо долг перед умершим мужем, детьми и Францией всегда ставила превыше собственных чувств. В то же время, парламент Парижа, университет, придворные и духовенство Франции собрались, чтобы почтить принцессу, чья общественная и частная жизнь была безупречна.

10 ноября 1568 года Филипп II принял Линьероля, посла, первоначально отправленного Екатериной выразить соболезнования королю в связи с кончиной его сына, но прибывшего вовремя, чтобы стать свидетелем кончины королевы. Посол вручил королю письмо, адресованное Екатериной его покойной супруге. Филипп взял письмо, проявляя видимое волнение. Впоследствии он приказал перевести его копию на испанский язык и поместить в архив своего королевства, где оно хранится и по сей день. Оригинал письма он вернул королеве-матери через её посла.

Однако именно кардиналу де Гизу, посетившему Мадрид в декабре следующего года, Филипп II выразил своё горе, терзавшее его в связи с потерей супруги. В ответ на красноречивую и проникновенную речь, обращенную к нему прелатом, король заметил:

— Моя потеря действительно невосполнима. Единственное, что утешает меня, это добродетельная и образцовая жизнь Её Величества, которая, как я верю, обеспечила ей вечное блаженство.

— Я так глубоко почитал её, – добавил король, – что, если бы я мог выбрать другую жену, для меня было бы верхом счастья найти подобную ей.

Когда было вскрыто завещание Елизаветы, оказалось, что своим основным наследником она назначила мужа, не считая пожертвований некоторым монастырям. Испанцы долгое время благоговейно хранили память о прекрасной молодой королеве, при жизни верной жене, преданной матери и любящей дочери.

Прошло два года с тех пор, как в Мадриде состоялось торжественное отпевание Елизаветы де Валуа. Филипп II не пожелал во второй раз заполучить «мадам Гадюку» в качестве тёщи, однако отсутствие наследника мужского пола подтолкнуло его к повторной женитьбе на своей родной племяннице, эрцгерцогине Анне Австрийской, со временем подарившей ему сына, будущего короля Филиппа III. Характер короля кардинально изменился, стал более замкнутым и меланхоличным. Всю оставшуюся жизнь он носил строгий траур и признавался своему близкому окружению, что только дети Елизаветы удерживают его в этой жизни. О покойной матери инфантам часто рассказывала Клод де Винё, которая осталась в Испании, что бы служить дочерям своей любимой госпожи. Младшая, Каталина Микаэла, в восемнадцать лет вышла замуж за Карла Эммануила, герцога Савойского, и уехала в Италию. А старшая, Изабелла Клара Евгения, не покидала отца до самой его смерти: приводила в порядок его бумаги, читала вслух наиболее важные послания и переводила на испанский язык донесения из Италии. Последние три года жизни Филиппа она ухаживала за своим тяжело больным отцом, который страдал приступами лихорадки и подагрой. А перед смертью король подарил инфанте перстень её матери, с которым никогда не расставался.

Руй Гомес уже тоже был не тот весёлый и блистательный кавалер, как раньше, и постепенно угасал под разрушительным действием болезни, которая в недалёком будущем свела его в могилу. Оставшись вдовой, экстравагантная принцесса Эболи начала плести придворные интриги против Филиппа II, дабы возвести на испанский престол его брата дона Хуана Австрийского. С этой целью она объединила свои усилия со своим любовником Антонио Пересом. Однако заговор был раскрыт: Анну до конца жизни заточили в собственном дворце в Пастране, а бывший королевский секретарь, которому удалось бежать из тюрьмы, умер на чужбине.