Книга Жемчужина среди принцесс, страница 79 – Ева Арк

Когда ему сообщили о союзе, заключённом между императором, Бурбоном и королём Англии, Франциск воскликнул:

— Это правда, что принцы Европы сговорились против меня, но меня это не волнует, потому что у меня есть ответ на вызов каждого из них.

Вторжение в Прованс коннетабля Бурбона во главе императорской армии посеяло запустение и смятение по всем южным провинциям королевства. Его смелым замыслом было отправиться в самое сердце королевства, и, пройдя через свои наследственные владения Бурбоне, Божоле и Ла Форез, поднять знамя восстания в каждом из них, а затем двинуться к Парижу, чтобы соединиться с английской армией под командованием герцога Норфолка. Однако зависть императорских военачальников разрушила эти планы: они считали коннетабля незваным гостем, чьи заслуги перед императором принижали их собственную славу. Его гордость была унижена скрытыми насмешками испанских дворян, которые презирали его за измену и за то, что он жил только на ежегодное пособие от щедрот Карла V. А ведь когда-то герцог получал доходы, вызывающие зависть даже у Франциска I!

Император, также разочарованный эффектом, произведённым на французов предательством коннетабля, значительно охладел к нему. Действительно, его измена вызвала удивление, сожаление и возмущение, что принц, столь близкий к короне, предательски выступил против своего государя. Зная, что герцог Бурбон был крайне недоволен тем, что император искусно умудрился отсрочить его женитьбу на своей сестре, и оказанным ему приёмом, Карл V, на всякий случай, назначил его заместителем своего верного и испытанного военачальника маркиза Пескару. Это недоверие глубоко возмутило коннетабля. Его недовольство ещё более усилилось из-за приказа императора, предписывающего ему захватить город Марсель, чтобы обеспечить свободный проход во Францию для войск из Испании. Таким образом, Карл V намеревался сделать разрыв между герцогом и его бывшим сувереном ещё более глубоким.

Бурбон и Пескара вошли в Прованс во главе армии из тринадцати тысяч пехотинцев и трёх тысяч всадников и осадили Марсель. Однако горожане сражались с непоколебимым мужеством, а флот императора потерпел тяжёлое поражение под Марселем от французской эскадры под командованием адмирала Лафайета и знаменитого генуэзского кондотьера Андреа Дориа. Даже марсельские дамы работали в окопах, и их героическое поведение внесло большой вклад в защиту города.

Артиллерия Марселя нанесла большой урон осаждающей армии. Однажды Пескара слушал мессу в своей палатке, когда раздался выстрел, убивший священника, совершавшего богослужение, и двух дворян, стоявших рядом. Герцог Бурбон поспешил к палатке, чтобы узнать причину беспорядков.

— Что случилось, маркиз? — поинтересовался он.

— О, ничего, — саркастически ответил Пескара. — Это всего лишь робкие марсельские бюргеры, которые идут, как Вы хвастались, с верёвками на шее, чтобы вручить Вам ключи от своего города.

Таким образом, коннетабль, которому помешала в осуществлении его планов ревность маркиза де Пескары, а также беспечность императора и короля Англии, пренебрегших посылкой ему необходимой помощи в виде людей и денег, вскоре оказался в крайне затруднительном положении. Франциск во главе мощной и хорошо дисциплинированной армии выступил из Авиньона на помощь марсельцам. Тогда герцог поспешно созвал военный совет. В разгар прений в палатку вошёл маркиз де Пескара и, обращаясь к офицерам Бурбона, воскликнул: