Книга Алхимия и ее жертвы, страница 72 – Флавия Майер

Ада округлила глаза и застыла. Она ещё сильнее пожалела, что тогда позволила ему взять своё изобретение. В голове всплыла смерть Мастера и осознание, что эти составы могут разрушать все вокруг. Дрожь пробежала по телу. Через секунду она вкрадчиво посмотрела на Пэлиаса и дрожащим голосом спросила:

— Как думаешь, мы доживем до завтрашнего дня? – Пэлиас ошарашенно посмотрел на Аду. – Знаю, звучит безумно, но мы как явные члены кружка будем выступать в первых рядах, нам никуда от этого не деться. Поверь, я знаю свое изобретение, потому наша смерть… очень вероятна.

Пэлиас попытался унять дрожь в руках. В глазах его блеснули слезы, но он вытер лицо платком и твёрдо сказал:

— Если судьба и смилуется над нашими жизнями, то продолжим их точно не в этом городе, даже не в этой стране. Я предлагал брату сбежать в Южные края. Там к не-эльфам относятся снисходительно, потому жить куда проще. Кукурузные плантации, вечное солнце, простые нравы – это лучшие условия, чтобы пережить волнения. Гевар наотрез отказался и обвинял меня в трусости, Мандор тоже!

— Я с тобой, – подхватила Ада и села к нему поближе. – Как только мой муж начнет защищаться, то сбежим куда подальше. Гевара с моими братьями, хотят они или нет, потащим за собой.

Оба тяжелым взором окинули вид из окна. Отчаяние от неминуемой гибели сменилось крошечной надеждой на мирное будущее. Затишье перед бурей успокаивало волнующиеся сердца. Они обменялись тёплыми улыбками и вернулись к зельям.

Через час Пэлиас собрал сумку с сотней пробирок с лекарством. Он развернул скомканный листок, в котором были записаны адреса всех участников кружка. Все они жили в Антас-Энде. Он выскочил из дома через чёрный выход, а Ада собрала ещё с десяток пробирок в свою сумку и взяла большую колбу.

В семь часов утра Ада переоделась с помощью Абигаль и вышла на завтрак в столовую. Мандор заваривал чай на отдельном столике. Он встретил жену испытующим взглядом. После обмена короткими приветствиями они молча принялись за еду.

Ада не решалась напрямую встречаться взглядом с Мандором. Как бы его хорошее расположение духа ни отзывалось в ней спокойствием, вчерашняя ссора всё ещё не давала покоя. Сегодня важный для него день. Попытки отговорить его обречены на провал. Она представляла, как на восстании он швырнёт в разъяренного смотрителя за порядком зелье, а оно взорвется с такой силой, какой хватит для убийства десятка жителей. Не в её власти отговорить Мандора, зато приготовленное зелье залечит пусть и небольшие, но раны. Она достала из кармана колбу.

Муж делал пометки на листе бумаги и тихо перечитывал их вслух. Когда он покончил с записями, то резко переключил внимание на Аду и глухо произнёс:

— Так как ты остаёшься членом братства, тебе следует идти чуть позади меня. Если сочтешь необходимым, то можешь встать чуть поодаль.

Ада кивнула, протянула ему колбу с лекарством и, отвернувшись, сказала:

— Возьми это. При ранении нанести три капли, и всё заживет.

Мандор робко принял дар. Он прижал к себе бутылочку и украдкой поблагодарил жену взглядом. За окном вставало ясное солнце: день обещал быть теплым.

Ближе к девяти утра народ стал стекаться на центральную площадь по каналам улиц Антас-Энда. Среди серой межрасовой толпы выделялись те, кто носил зелёную повязку на рукаве: это были члены кружка. Почти все они были мужчинами, которые оставили семьи и пошли отстаивать интересы не-эльфов. Они собирались в группы, пока вокруг перешептывались горожане.