Книга Наследница по найму, страница 126 – Мэдлин Хантер

— Рана на голове, – сказала Бет. – Они обычно сильно кровят. Я остановила кровь и наложила повязку. Наверное, шрам останется. Серьезная рана, мистер Реднор, уродливая, как будто дубинкой огрели.

Чейз подтащил поближе стул и уселся рядом с Бет. Джереми нависал с другой стороны дивана.

— Где ее нашли? – Он уложил безвольно повисшую холодную руку Минервы рядом с телом.

— На улице, прямо посреди дороги. Кто-то заметил, что она там сначала сидела, потом упала, но люди думали, что она пьяна, пока не увидели кровь. А в руке она сжимала вот это. – Бет потянулась к креслу с пелериной и подняла две длинные шляпные булавки. – Надо думать, ткнула ими своего обидчика и сбежала.

Чейз взглянул на эти крошечные рапиры и подумал: «Молодец, Минерва!»

— Она в сознании?

— Пару раз глаза открывала, но совсем ненадолго. Сдается мне, она спит: меня узнала. Это хороший знак. Люди, которые ее привезли, поначалу подумали, что она без сознания, но потом она вроде как пошевелилась.

Раны на голове могли быть опасны, когда на поверхности ничего не видно. Меньше всего его пугала кровь на лице и одежде Минервы.

— Я пошлю за военным хирургом – они с таким сталкиваются чаще других, – и вызову врача.

Бет сняла компресс и снова обмакнула в воду.

— Я думала, больше такого не будет. Думала, больше не увижу на ней такие раны.

Чейз успокаивающе приобнял ее за плечо, а затем сел за письменный стол, набросал короткую записку и подозвал Джереми.

— Садись в экипаж, который ждет снаружи, и передай это герцогу Холлинбургу на Парк-лейн. Втолкуй слугам, что это от меня и необходимо, чтобы он получил ее как можно скорее. Подожди там на случай, если ему понадобишься. Если нет, то, когда вернешься, скажи кучеру, чтобы подождал.

Джереми выбежал на улицу, а Чейз вернулся к дивану, судорожно перебирая в голове тех, кто был ранен таким образом в бою. Что в таких случаях делали хирурги?

— Помогите мне приподнять ей голову, Бет, и задерните шторы. Не будем переносить ее в спальню, пока не приедут врачи: возможно, ее трогать нельзя.

Вместе они устроили Минерву как можно удобнее. Она чуть-чуть приоткрыла глаза, когда Бет добавила подушек ей под голову и плечи, посмотрела на себя, потом на Бет и пробормотала:

— Платье испорчено.

Бет едва не заплакала.

— Это неважно.

— Как это случилось? – Минерва поморщилась и прижала пальцы ко лбу. – Голова болит.

Чейз опустился на колени возле дивана и взглянул ей в глаза.

— Тебя кто-то ударил. Ты что-нибудь помнишь?

Она покачала головой.

— Тогда и не пытайся вспомнить, не сейчас. Закрой глаза и отдохни.

Минерва вздохнула так, словно была этому рада, и протянула руку, слепо сжимая и разжимая пальцы, словно пытаясь за что-то ухватиться.

— Ты не уйдешь, Чейз? Мне очень больно, но я вытерплю, если ты будешь рядом.

Он легонько пожал ее руку.

— Я останусь, не волнуйся, любимая.

Из-под опущенных век потекли слезы.

— Милая, бедная Бет! Со мной всегда столько хлопот. Лучше бы ей было уйти.

Бет пошевелилась, лицо ее выглядело изможденным.

— Вы же мне как дочка! Не дам я никому о вас заботиться.

Минерва неопределенно кивнула.

— Нехорошо это по отношению к ней. И к Джереми. Жить у такого человека только ради того, чтобы заботиться обо мне.

Она говорила о своем прошлом, и это причинило Чейзу боль.