Книга В тебе моя жизнь..., страница 533 – Марина Струк

— Все было так ужасно? — спросила Марина. Он опустился на колени рядом с ее креслом, стал гладить ее руку, лежащую на подлокотнике кресла.

— Ужасно? Пожалуй, да. У нас умерло трое дворовых от этой странной болезни. А по всему Петербургу гораздо больше смертей. Двор удалился от греха подальше в Царское Село, а я не мог оставить тебя тут одну, — Анатоль потер пальцами воспаленные глаза, и Марина ясно разглядела, как он устал. — Я отправил Элен в Завидово, прочь от этой болезни. Не дай Бог нам потерять и ее. Хотел, чтобы поехала Катиш, но она заупрямилась, отказалась.

— Кстати, — решилась Марина. — Насчет Катиш…

Но Анатоль вдруг поднял вверх ладонь, призывая жену замолчать. Потом покачал головой.

— Ты снова возвращаешься к этому разговору? Про то, что Катиш была там, на лестнице?

— Ты знаешь уже об том? — удивилась Марина. Анатоль кивнул ей в ответ, взяв ее ладонь в свою, переплетая свои пальцы с ее, длинными и тонкими.

— Ты поведала мне об том еще в первый день своей болезни. Милая, это все пустое. Разве ты не помнишь, что ответил тебе доктор? Ты увидела, как Катиш склонилась над тобой, когда ты упала после прогулки, и твой разум сыграл с тобой злую шутку. Эти два события смешались в твоей голове, вот тебе и привиделось.

— Мне не привиделось! — Марина вырвала из его пальцев свою ладонь. — Я ясно видела ее. Я вспомнила! Там был еще фон Шель. Он хотел кликнуть помощь, но Катиш не дала ему этого сделать.

— Бред! Это бред! — Анатоль подскочил на ноги, отошел от нее к окну, заложив руки за спину. — Я разговаривал с Катиш. Твои домыслы довели ее до истерики. Я повторяю тебе еще раз: господин Арендт считает, что это злая шутка твоего разума, ничего более. Такое бывает. Я знаю, ты хочешь найти причину, по которой случилась эта страшная потеря, но ты совсем не о том думаешь!

— О чем ты, Анатоль?! — вскрикнула Марина с таким надрывом, что у нее тут же заболело в горле. — Я тебе говорю, что это было! Было! Это не шутка моего разума! Я в здравом уме, и также здраво говорю тебе — это правда!

Анатоль раздраженно запустил ладонь в волосы, а потом повернулся к ней, зло сверкнул глазами:

— Оставь, говорю тебе, эти мысли! Я проверял — фон Шель уехал из города еще до Рождества, сразу же после того, как получил отказ в руке Катиш. Его нет на квартире и нет в полку — в отпуске по каким-то семейным обстоятельствам до Светлой седмицы^[494]. Как он мог быть в нашем доме, коли и в городе-то его не было? — он вдруг снова подошел к Марине, склонился над ней, упершись ладонями в подлокотники ее кресла. — Милая, я знаю, что ты до сих пор не можешь забыть о том, что мы с тобой потеряли. И знаю, как тяжело принять это. Но прошу тебя — выкинь эти мысли из головы. Господин Арендт весьма озабочен твоим душевным состоянием. Он считает, что ты едва справляешься со своей болью, и постоянно лелея ее, ты рискуешь завести себя в страшнейшую меланхолию.

— Ты не веришь мне, — с горечью в голосе проговорила Марина, и Анатоль в раздражении хлопнул ладонями по подлокотникам.

— А ты не слышишь меня! Говорю же, что Катиш тут совершенно ни при чем. Хватит! Доктор все предельно ясно объяснил — образы в твоем сознании наложились друг на друга, а ваша взаимная неприязнь с Катиш усилила твое восприятие.