Книга В тебе моя жизнь..., страница 500 – Марина Струк

— Помилуй Бог, Анатоль! — запротестовала Марина, невольно краснея. — Я видела его всего пару раз: первый — на последнем балу, еще до поста, а второй — в парке в день, когда узнала… когда уехала в Завидово. Тогда-то он и представился мне сам. А до того дня и знать его не знала. Думала, что ты позволил Катиш принимать знаки внимания от него или…

— Ты должна была мне все рассказать тотчас, как узнала об этом! — прогремел Анатоль. — А не ехать, сломя голову, в деревню к смертному одру крепостной! Ты пренебрегла своим долгом ради прихоти!

Марина вырвала руку из его пальцев. Она тут же вспыхнула от необоснованной обиды, а еще от того, что даже теперь, прожив с ней бок о бок столько лет, Анатоль так и не смог понять ее, не смог не принижать ее чувства, ее потери, ее желания.

— О прости меня, ради Бога, что я была просто убита вестью о том, что умирает близкий мне человек, и не смогла дать тебе отчета обо всем! — едко проговорила она и, сделав быстрый книксен, направилась вон из салона. Слуги, приводившие соседнюю гостиную в порядок, разумеется, слышали этот скандал, но она не обратила на них ровным счетом никакого внимания, равно как и на их сочувствующие взгляды. Как же она устала от этого! Как же устала! Эти скандалы, размолвки, крики. Они жили, как на вулкане — несколько дней или седмиц спокойно, но затем опять извержение, разрушающее все, что было выстроено упорным трудом за прожитые спокойные дни.

С того дня дом погрузился в вежливое молчание, потому как его обитатели общались встречаясь исключительно за общими трапезами. В этот раз Анатоль решил проявить твердость и пойти на мировую со своими женщинами, только когда они сами придут к нему с повинной, но ни жена, ни сестра не делали этого, каждая лелея свою собственную обиду.

Катиш плакала почти каждый Божий день, а спустя некоторое время, накануне Сочельника, пришла как-то вечером в половину Марины, изрядно удивив последнюю. Та поспешила отложить в сторону книгу, что читала в эту минуту, и приготовилась выслушать невестку.

— Умоляю вас, — начала та. — У меня более некого просить об том, и я знаю, что вы можете повлиять на решение моего брата. Я люблю Николая Николаевича, я полюбила его с первого взгляда. Неприятие этого брака моим братом сводит меня с ума. Умоляю вас, — прежде чем Марина сумела остановить ту, Катиш бросилась перед ней на колени. — Переговорите с Анатолем. Я готова отказаться от своего приданого, ежели он так пожелает, пусть только позволит…

— Ma chere, о чем вы? — Марина положила ладони ей на плечи и ласково сжала их. Милая юная влюбленная наивная девочка! Ей казалось, что только прихоть Анатоля разделяет ее с человеком, которого она по неопытности выбрала в свои суженые. — В этом вопросе я не имею влияния на своего супруга. Ни малейшего. И, Катиш… Этот человек, он совсем не тот, каким кажется вам.

Тут же Катиш вырвалась из ее рук, отступила в сторону. Потом сверкнула глазами в сторону Марины.

— Вы не понимаете! — заявила она. Марина увидела, насколько она погрязла в своих заблуждениях, и страх сковал ее сердце. Она ясно видела, что Катиш даже не понимает, к каким последствиям может привести этот брак, по своей неопытности не догадываясь, что в мире существуют ложь и притворство. Но даже если и кавалергард был влюблен в Катиш, то и в этом случае счастливого конца у этой истории не предвиделось.