Книга В тебе моя жизнь..., страница 104 – Марина Струк

— И вы будете согласны устроить скоромную свадьбу ради меня? — тихо спросила Марина, повернув к нему свое лицо.

— Поверьте, я готов и на большее ради вас, — произнес он, и по его глазам Марина прочитала, как сильно его чувство к ней.

У нее перехватило дыхание от внезапно кольнувшей ее сердце боли. Анатоль совсем не заслуживает такой невесты, как она — идущей под венец без любви, без сердечного трепета…

Внезапно раздались звуки музыки и веселых цыганских напевов. Медленно к Арсеньевым и их гостям приближались приглашенные на вечер цыгане. Женщины в ярких одеждах, позвякивая широкими ожерельями-монистами, закружились вкруг стола в каком-то быстром танце, постепенно убыстряя темп танца вслед музыке, которая словно стремилась обогнать танцующих. Быстрее, быстрее, быстрее… Вокруг сидящих за столом мелькали яркие цвета юбок и блузок, смуглая кожа глубоких вырезов, золото украшений, белые улыбки. Гости возбужденно загалдели и хлопали танцующим в такт музыке.

Лишь Марина и Анатоль не обратили внимания на происходящее рядом с ними. Они словно не могли оторвать друг от друга взгляды, по-прежнему сохраняя зрительный контакт.

— Я боюсь, что не смогу сделать вас столь счастливым, сколь вы того заслуживаете, — прошептала Марина, не надеясь, что он ее услышит сквозь эти безумные звуки гитар и скрипки.

Но он услышал.

Анатоль медленно улыбнулся и поднес ее ладонь к своим губам. Долго, слишком долго для вежливого поцелуя не отрывал он их от ее руки. Потом он нежно улыбнулся ей и произнес:

— Ты себе не представляешь, каким счастливым ты делаешь меня, просто находясь рядом. Будь со мной — это все, что нужно мне для счастия, только это.

Тут их разговор прервали — цыгане закончили свое вступление и, сопровождаемые аплодисментами благодарных слушателей и зрителей, кланялись. Марине пришлось отнять свою руку у Воронина и тоже присоединиться к остальным в рукоплескании артистам.

Арсеньев дал знак, и гости медленно стали подниматься из-за стола, направляясь к небольшой площадке в саду, окруженной стульями для гостей. Именно там и предполагалось слушать романсы приглашенных цыган. Некоторые женщины сразу же отделились и направились к старой цыганке, занявшей предназначенное место за небольшим столиком.

— Вы желаете пойти туда? — кивнул в сторону гадалки Воронин. — Или послушаем цыган?

— Я бы хотела послушать. Признаться, я их никогда ранее так близко не видела, — смущенно улыбнулась Марина. — На улицах лакей всегда отгоняет их прочь. А папенька не разрешал никогда останавливаться на своей земле.

— По сути своей, он совершенно прав, — согласился Воронин. — Говорят, что цыгане не только воры и конокрады, но еще и слуги дьявола.

— Вы шутите? — взглянула на него испуганно Марина.

— Так действительно говорят, Марина Александровна, но я в это не верю. Они такие же люди, как и мы с вами. Только с кожей другого цвета, другим наречием и верованием.

За разговором они приблизились к стульям, и Воронин помог невесте присесть. Затем он встал рядом с ней, облокотившись плечом о яблоню, растущую рядом.

— Я уже сомневаюсь в благоразумии этой затеи, — тихо призналась Юленька подруге, занимая место рядом с ней. — Надо будет приказать слугам убрать столовое серебро в буфет и зорко следить за ним в оба глаза.