Онлайн книга «На сердце без тебя метель...»
|
Пропустив еще один абзац письма, Лиза перескочила сразу к следующим, особо важным для нее, строкам. «…Он будет звать вас нынче на охоту, что через два дня. Вы согласитесь. При выезде на Афанасьев луг, где три сосны особливо стоят, вы сделаете следующее…» Из всей записки Лиза после перечитала только абзацы о письме, что ждет ее в будущем, и инструкции, как добраться до места, где ей предстояла встреча с автором послания. Остальное она читать не стала, с трудом держа слово, некогда данное самой себе. Поднесла бумагу к свече и задумчиво наблюдала за ее медленным умиранием, представляя, что сжигает с этими строками и собственное чувство к человеку, писавшему их. И старалась не думать о светлых глазах и о знакомом голосе, молящем ее о милости. Нет милости в этом мире. Мир жесток и беспощаден к населяющим его, значит, и тем следует ожесточить свои сердца и души. И она не будет милостива. И не станет питать жалости ни к кому во имя единственной цели, что нынче горела для нее маяком в окружавшем ее мраке. «…Прошу вас, помните, что он не таков, каким кажется на первый взгляд. Он хитер, как лис, и жесток, как лев, пробудившийся для охоты. Будьте осторожны, сердце мое. А я всегда буду рядом, чтобы при нужде защитить вас. Один лишь ваш знак, и я буду рядом…» Ложь! Все ложь. От первого до последнего слова. Личина, скрывающая истинные цели за сладкими словами, от которых когда-то таяло ее сердце. Где-то в доме раздался глухой звук, оповещающий, что спустя некоторое время в малой столовой будет сервирован ужин. Лиза медленно поднялась с кровати и высыпала в печь черный пепел, оставшийся от неровных строк, написанных торопливо и в волнении. С минуту постояла, прислонившись лбом к теплым изразцам, тяжело дыша, словно после быстрого бега. Слезы поднялись откуда-то изнутри и встали комком в горле, а проглотить этот комок никак не удавалось. Особенно при воспоминании о непринужденном мужском смехе и удивительной мягкости в темных глазах… В соседней комнате позвонила мать, призывая Ирину, чтобы помочь одеться барышне к ужину. При этом звуке Лиза резко выпрямилась. Все! Не время сокрушаться о том, что сделано, и что только предстояло совершить. Настал час снова надеть знакомую маску, чтобы и далее играть роль в пьесе, написанной для нее самой жизнью рукой человека, которому она когда-то так верила… Глава 7
Александр к ужину опоздал. Он вошел в столовую, когда лакеи по знаку дворецкого уже начали разносить блюда, а Василь провозгласил первую здравицу. Присутствующие за столом степенно беседовали о пустяках, вовсе не ожидая хозяина дома, оттого его приход получился слегка театральным. Или так показалось Лизе, единственной, кто ждал его появления на пороге, и оттого украдкой посматривающей на двери. Когда дверные створки со стуком распахнулись, лакей, доливавший вина Василю, вздрогнул от неожиданности, и несколько кроваво-красных капель попали на яркий шафрановый жилет. — Bûche!..[79] — взорвался Василь, стиснув пальцами запястье молодого слуги, но встретив пристальный взгляд Александра, в тот момент направлявшегося к своему месту во главе стола, умолк. Однако злость из-за порчи дорогого жилета унять было не так просто. — Отправь его на скотный! — Василь раздраженно сжал ручку вилки, видя, что дворецкий, к которому он обращался, только скользнул по нему взглядом и промолчал. В тот момент дворецкого гораздо сильнее интересовало, как два лакея обслужат графа, которому тут же поднесли перемену и налили вина из серебряного кувшина. — Отправь его на скотный, я сказал! Ему ли быть при господах? |