Онлайн книга «На сердце без тебя метель...»
|
И получив заверения Лизы, что все уже упаковано в небольшой дорожный кофр, что бальное платье аккуратно сложено и завернуто в тонкую бумагу, чтобы не поцарапать шелк пайетками, наконец вздохнула и перекрестила дочь на дорогу: — Allons! Ступайте с Богом! Около крыльца уже стояли две кареты на полозьях: одна — с уже изрядно потемневшим от времени графским гербом на дверце, другая, как поняла Лиза, предназначенная для Пульхерии Александровны и ее спутниц. Суетились лакеи, стараясь как можно крепче привязать к задним стенкам карет дорожные кофры, успокаивали взбудораженных суматохой отъезда лошадей верховые, которым предстояло сопровождать их небольшой поезд до самого имения губернского предводителя. А в отдалении по аллее медленно прохаживался Дмитриевский, время от времени тонкой тростью сбивая снег с сапог. Лиза не видела его со вчерашнего вечера. Граф не пришел к ужину, как она втайне надеялась, и остаток вечера тоже прошел без него. И девушке очень не хотелось признаваться себе, что причиной ее рассеянности после ужина было именно отсутствие Александра. Даже Василь, подсевший к Лизе за клавикорды, чтобы сыграть в четыре руки, не мог не заметить ее состояния. — Вы переживаете из-за выезда? — спросил он тихо, чтобы не слышали остальные. Причем, тон его голоса утратил привычные уже Лизе шутливые нотки. — Не стоит, Лизавета Петровна. Я не могу знать, каковы балы у вас в Нижегородчине, но готов поспорить, что и сами танцы, и танцоры вряд ли чем отличны от здешних. Есть несколько grand dames[66], — в этот момент он нажал на одну из клавиш, прервав тишину резким требовательным звуком: — что через стекла лорнетов пристально глядят на молодежь, неукоснительно следя за благопристойностью действа. Есть множество юных прелестниц… — палец Василя сместился на другую клавишу, которая тут же издала тихий и мелодичный звук. — Есть уланы, что стоят полком в городе, и иные кавалеры, менее привлекательные за отсутствием мундира, но все же достойные для того, чтобы милостиво принять от них запись в carte de bal[67]. Есть еще особы мужеского пола более высокие и рангом, и возрастом, но их мы в расчет не берем. Их, считайте, и нет на бале. Ведь они в курительных, в игровой, за ужином, но только не в зале. Так что вон их из нашего рассказа. Как видите, ничего необычного для вас, ma chère Лизавета Петровна. А потому прочь из головы все душевные муки! Не стоит таить тоску в таких очаровательных глазах! И, à propos[68], о бале — вы ведь запишите меня на польский и мазурку? Лиза внимательно посмотрела на него, раздумывая, стоит ли отдавать ему эти танцы, особенно мазурку, за которой, по обыкновению, следовал ужин. Ведь тогда именно Василь поведет ее к столу. И сейчас она засомневалась, не будет ли это предосудительным образом выглядеть в глазах окружающих. А задумавшись, едва не пропустила момент, когда пальцы Василя поползли по клавишам к ее руке. — Ах! — Лиза все же успела убрать руку с клавикордов прежде, чем та была поймана в плен, и заметила шутливым тоном: — Вы заставляете меня сердиться на вас, Василий Андреевич. С вами надобно ухо держать востро… Но улыбка тут же погасла, когда она увидела блеснувший в глазах мужчины огонь, когда услышала тихий резкий шепот в ответ: |