Книга На сердце без тебя метель..., страница 105 – Марина Струк

В этот момент из глубины комнаты к Лизе снова приблизился Василь, склонился над ней, будто желая рассмотреть вышивку. И пусть расстояние меж кушеткой, где сидела Лиза, и местом, где стоял Александр, было достаточно велико, он мог поклясться, что глаза его не обманули.

Мужские пальцы скользнули вдоль плеча, обтянутого муслином, касаясь лишь воздуха, но повторяя покатую линию тела. А голова склонилась так низко, что без особого труда можно было украдкой от женщин в комнате прошептать Лизе короткую фразу. Потому что Александр видел, как шевелятся губы Василя.

И тогда злость, едва погасшая в его душе в последние минуты под прямым взглядом девичьих глаз, вновь разгорелась пожаром, сжигающим все дотла. Как когда-то ранее…

Глава 12

— Берегитесь, ma chère Lisette, зверь сорвался с пут и весьма зол…

Тихий шепот Василя заставил и без того в последнее время напряженные нервы Лизы натянуться подобно струнам.

В неясном свете зимнего дня, она различила силуэт. И скорее некий внутренний голос подсказал ей, что за человек напряженно застыл сейчас в дверях одной из комнат анфилады и не отводит от нее взгляда. И зачем она только заняла эту кушетку? Могла бы сесть поближе к Пульхерии Александровне и матери, расположившимся у печи. Но потом тут же поправила себя — нет, не могла бы. Слишком мало света в глубине комнаты для рукоделия.

Тем временем мужская фигура отделилась от дверей анфилады и двинулась в ее сторону, и Лиза с трудом заставила себя отвернуться к окну. Она принялась внимательно разглядывать завитушки морозных узоров, судорожно пытаясь выровнять сбившееся дыхание. И не стала класть очередной стежок, опасаясь обнаружить дрожь пальцев перед тем, кто по-прежнему стоял сейчас за ее спиной.

— Отчего вы так желаете, чтобы я боялась его сиятельства? — прямой и короткий вопрос едва не застал Василя врасплох. Он склонился к ее аккуратно причесанной макушке так низко, что снова почувствовал аромат неизвестного ему цветка, который безуспешно пытался угадать последние полчаса.

Но звук шагов — резких и отрывистых, как и сам человек, что приближался к ним, заложив руки за спину, словно на прогулке, не дал Василю времени на раздумья. Он понимал, что легко мог бы уйти от вопроса — уж слишком близко был Александр. Но все же решил уважить Лизу:

— Оттого что не желал бы, чтобы вы расположились к нему. Ибо сие чревато последствиями.

И тут же его голос стал иным. Исчезли серьезные нотки, сменяясь привычной иронией и насмешливостью:

— А вот и вы, mon grand cousin! Признаться, не ожидал увидеть вас здесь…

— Отчего же? — резкий тон ударил будто наотмашь, а бровь говорившего в удивлении поползла вверх. При звуке этого голоса у Лизы даже мурашки пробежали по спине, отдавшись легкой дрожью в кончиках пальцев.

Василь вдруг смутился под прямым взглядом кузена. Выпрямился, решив более не дразнить зверя, за ледяным спокойствием которого легко угадывалась бушующая ураганом ярость. А потом и вовсе стушевался, понимая, что Александр легко может унизить его сейчас перед гостьей, произнеся то, что без особого труда и так читалось в темных глазах. «Как вы могли не ожидать моего появления, коли находитесь в моем доме?!»

Как же Василь ненавидел это выражение превосходства в глазах кузена! Превосходства во всем… И касалось то не только титула и состояния. И как же Василь восхищался кузеном! Так уж повелось с детства. Странная смесь ненависти и рабской любви к тому, кто всегда будет выше на голову, как ни прыгай. Сам Василь не преминул бы унизить своего противника, продемонстрировав силу своего положения. А вот Александр промолчал, сохраняя гордость кузена в целости, оставаясь при этом сильнее и выше… впрочем, как и всегда. Так чего же ради стараться в бесплодных прыжках?.. Вот и ныне Василь отступил — с легким поклоном удалился вглубь комнаты к дамам, сел на маленькую скамеечку у ног тетушки и стал разбирать ей спутанные нити для вязания.