Книга Обрученные судьбой, страница 413 – Марина Струк

Только вечером за ужином, когда все были увлечены представлением, что давали жонглирующие деревянными палками потешники, пан Тадеуш рассказал ей о том, что Владислав не сумел сдержаться и полез на импровизированную арену противником кузнецу, что уже успел повалить на снег нескольких смельчаков.

— Я так и думала, — рассмеялась Ксения, отгоняя прочь легкий страх и раздражение за это мальчишество, который не покидал ее с того времени, как они вернулись в Замок. — Как нелепо! А если бы тот выбил ему глаз? Вона какие кулачищи же!

— Ну, не выбил же, — ответил ей Тадеуш, отпивая пива из бокала. — Да и потом — он так оробел, что я сперва подумал, пан Владислав его сразу же на лопатки положит. Да не вышло. Вскоре азарт победы затуманил голову Юшеку, и тот отменно приложил пару раз пана Владека под дружный вдох зрителей. И как думает панна, кто вышел победителем в этом бою?

Ксения прищурила глаза, словно раздумывая над ответом, прикидывая, кто кого мог ударом уложить на снег — высокий и широкоплечий Владислав или вдвое больше и сильнее его кузнец Юшек. Она бросила взгляд на Владислава, левый глаз которого опух настолько, что превратился в узкую щелочку. Тот заметил это, и, оторвавшись на миг от своей беседы со шляхтичами, подмигнул ей здоровым глазом.

— Даже гадать не буду — Владислав, — проговорила она, улыбаясь. — И даже знать не хочу — упал ли Юшек на снег от страха, что на ордината руку поднял, или от удара пана Владислава.

Ответом ей был громкий смех пана Тадеуша, заставивший многих обернуться от потешников на них, а Владислава при этом и выгнуть насмешливо и удивленно бровь.

Следующим утром поехали кататься в снежное поле, что раскидывалось почти на несколько верст от Заслава. Прошлой ночью шел снег, полозья саней словно по мягкому маслу скользили по этому свежему белому покрову, еще нетронутому даже лапой животного.

Владислав сам сел за вожжи, с гиканьем повел их двуместные сани впереди остальных, разгоняя их до такой скорости, что скоро у Ксении, сидевшей подле него, засвистел ветер в ушах.

— Тебе не боязно, моя драга? — перекричал свист ветра и перезвон колокольцев, что висели на упряжи лошади, Владислав, поворачивая голову к Ксении на миг. Его глаза возбужденно сверкали из-под мехового околыша шапки, губы раздвинулись в довольную улыбку. Нет, покачала головой Ксения, отвечая без слов на его вопрос. С Владиславом она ничего не боялась…

Откуда-то из саней позади них донесся задорный свист, и Владислав свистнул в ответ. А потом стегнул лошадь, заметив, что их нагоняют сани кого-то из шляхтичей, выехавших на катание вместе с ними, и та, быстро набрав уверенный темп, увела их сани далеко вперед.

Летел из-под копыт и полозьев саней снег, ветер развевал длинный ворс меха на шапке и вороте плаща Ксении. Она смотрела, не скрывая улыбки, на Владислава, у которого слетела шапка и упала в сани от резкого движения головой, которое тот сделал, снова свистя то ли лошади, что бежала изо всех сил вперед, то ли тем, кто остался позади и безуспешно пытался нагнать сани ордината.

Впереди темной полосой, красиво очерченной белоснежным контуром, показался лес. Вскоре сани въехали на лесную дорогу, замелькали запорошенные снегом деревья и кусты по обе стороны от саней.