Книга Наследница в алых шелках, страница 97 – Мэдлин Хантер

— Ты как будто вовсе не обращала внимания на его ухаживания. Вела себя учтиво, но будто бы ничего не подозревала.

— Не обращать внимания показалось мне лучшей линией поведения. А какой еще у меня был выбор? Флиртовать в ответ или быть очень неучтивой. – Розамунда пожала плечами. – Я поняла, что глухая непонятливость – зачастую лучшая реакция.

— Можешь не тревожиться, в качестве оплаты он требует не тебя. Ему нужны несколько акций компании. Он хочет возможности выиграть от успеха предприятия.

Она задумалась над этим неожиданным поворотом в переговорах.

— Пожалуй, его можно понять. Будь я на его месте, я бы хотела примерно того же.

— Это едва ли возможно, так что нам снова предстоит обдумать возвращение в Лондон без лицензии, зная, что ее получит кто-то еще. Хотелось бы знать, кто наш конкурент и с какой целью он хочет ее приобрести.

Он погрузился в размышления, возможно, обдумывая, как еще можно использовать доработку Форестье. По тому, как росла его отчужденность, Розамунда поняла, что он мучается мыслями о незнакомце, продублировавшем его изобретение.

Она сделала попытку выведать, почему требование Форестье невыполнимо.

— Ты думаешь, если мы отдадим ему даже малейший процент, он станет все контролировать.

— Да.

— Если мы с тобой не согласимся, у него останется право решающего голоса. Он просто примет предпочтительную ему сторону.

— Этот небольшой процент будет иметь несоизмеримо сильное влияние.

— Понимаю. Как ты сказал, это невозможно.

Вот только он не сказал «невозможно». Он сказал «едва ли возможно». Она повернулась и внимательно на него посмотрела.

— Отвлекись на минуту от своих мыслей и объясни, какое решение ты увидел. Я знаю, что ты к нему пришел, пусть даже и не сказал об этом.

Он оторвался от раздумий, будто бы его вытащили из озера, отряхиваясь от расчетов, словно от капелек воды.

— Его доля будет обладать достаточным весом, если каждый из нас отдаст ему равное количество. Если он получит все от одной половины, его влияние будет нулевым.

— Неправда. Тот, кто отдаст ему свой процент, окажется во власти того, кто не отказал процента, если мсье Форестье уговорить на это.

— Думаю, да.

— Ты не просто думаешь, ты знаешь. Дай-ка я угадаю. «Едва ли возможно», но возможно в том случае, если я уступлю часть из своей половины.

— Я уж точно не уступлю ничего из своей доли.

— Не вижу, отчего бы не уступить.

— В случае любых разногласий я окажусь в невыгодном положении. Он предпочтет принять твою сторону.

— Ты этого не знаешь. Возможно, все будет не так.

— Розамунда, он не меня хочет заполучить в постель. Он наверняка согласится на что угодно, если решит, что это хоть на шажок приблизит его к обладанию тобой.

Поразительное заявление.

— Как ты смеешь предполагать, что я буду использовать такие методы в спорах касательно предприятия? На это я женское коварство не употребляю.

Он обнял ее за плечи.

— Извини. Наверное, надо было сказать иначе. К тому же тебе не потребовалось бы прибегать к коварству. Это произошло бы само собой, по его инициативе.

Его робкое объятие было очень приятно. Она приникла к нему, чтобы он перестал осторожничать.

— Если ты прав, это было бы несправедливо. Итак, мы снова вернулись к невозможному.

— Похоже, что да.

Он повернул ее к себе и поцеловал. Очень нежно. Почти все ее мысли о мсье Форестье растворились.