Книга На осколках разбитых надежд, страница 359 – Марина Струк

Руди был очень разочарован этим преждевременным возвращением домой, как и закрытием зоосада на период войны.

— Так никого я и не увидел, — рассказывал он Лене, сидя в кухне, пока она сервировала поднос закусками для завтрака. — Неужели так и увижу львов и бегемотов только на картинках? А ты, Лена, ты их видела когда-нибудь? Живьем?

— Да, я видела, в Москве есть зоопарк. У меня было мало времени для прогулок, когда я училась, но я была там два раза, — ответила Лена.

— Мне бы, наверное, там понравилось, в твоей Москве, — задумчиво произнес мальчик, болтая ногами в высоких гольфах. Поездка в Лейпциг все равно пошла ему на пользу. Он стал прежним Руди, таким, каким был до нападения на Лену, и она не могла не радоваться, что он выправился после этого ужасного случая. Она твердо была намерена скрыть от всех, что Руди связан с убийством шупо, и свое обещание держала — даже Рихарду не рассказала, что была не одна, взяв вину полностью на себя. Какая разница кто нанес первый удар, если Шнееман мертв?

— Руди! Не хватай грязными руками! — с этими словами Биргит, вошедшая в кухню во время их разговора, ударила сына по ладони, протянутой к блюду со свежевыпеченными булочками. И тут же обрушилась с недовольством на Лену. — Я еще разберусь, что за болезнь такая была у тебя, что уложила тебя в постель на два дня, пока я была в отъезде. Удивительно, да? Только я за порог — ты и заболела. Совсем не выглядишь больной. Румянец во всю щеку! А ну-ка, ступай-ка лучше собак покорми! Пусть Катя подаст завтрак господам. Еще заразишь их своей болезнью. Надо бы послать тебя через арбайтсамт к доктору, чтобы он проверил, что за болезнь там у тебя такая — лень или еще что.

Лена изо всех сил пыталась скрыть свое разочарование, когда передала Кате поднос и объяснила, что именно ей придется служить немцам этим утром. Еще вчера она проснулась в постели, которая хранила тепло и запах кожи Рихарда, а сегодня даже не могла взглянуть на него украдкой. И не могла не думать о той тоске, которая стала острой вдруг, что пугала ее саму.

Они всего несколько часов провели в разлуке. Что же будет с ней, когда их расставание растянется на недели и месяцы?

— Старый будет недоволен, — предупредила ее Катерина, забирая поднос. — Он увесь час пытал про тебя.

Ослушаться Биргит означало навлечь на себя серьезные неприятности. Поэтому Лена покорно пошла кормить вахтельхундов в вольер, надеясь, что немка на пару часов выпустит ее сегодня днем из вида, и Лене удастся еще немного времени провести с Рихардом до его отъезда. Его короткий отпуск подходил к концу. Как Рихард сказал ей вчера, с каждым днем ситуация в Африке становилась все сложнее, поэтому ему выделили всего несколько дней на личные дела и исключительно по былым заслугам и положению. Он планировал уехать шестичасовым поездом в Берлин, чтобы утром вылететь на Сицилию.

«Час счастья стоит всех этих мучительных недель ожидания», вспомнила Лена слова фрау Зальтен. Это действительно было так. Наверное, можно было ждать столько недель его возвращения, лишь бы кто-то сказал, что Рихард непременно вернется к ней, и у них будет этот час. Хотя бы час…

Войтеку никогда не удавалось застать Лену врасплох, когда рядом были собаки. Странно, но ни Артиг, ни Вейх не любили поляка. Едва они чуяли его запах, они бросали свое занятие и замирали на месте, напрягаясь всем телом и забавно подергивая ушами. Вот и сейчас приближение поляка к вольерам не стало исключением, и Лена поспешила выйти навстречу Войтеку, чтобы не волновать собак и дать им спокойно поесть. Поляк был взволнован. Лена еще издалека заметила его нервозность и невольно напряглась. Наверное, поэтому сумела спокойно встретить его вопрос, не выдав себя ничем.