Книга Дамский справочник пакостей, страница 38 – Мэнди Коллинз

— Но разве убийство мистера Джонса не имеет поразительного сходства с преступлениями Блюстителя заповедей? – не унимался Томпсон. – В конце концов, там была записка. И Джонса зарезали ножом. Лично мне это кажется очень похожим.

— Томпсон, следите за своими словами! – резко осадил его лорд Эгглстон. – Здесь присутствуют дамы.

Молодой человек на мгновение вызывающе вскинул подбородок, но затем пожал плечами и извинился:

— Я забылся. Прошу прощения, если кого-нибудь обидел. Но, возможно, я все же задам мистеру Эвершему менее неприятный вопрос. Почему вы говорите, что одних убийц легко поймать, а другие остаются на свободе?

Эвершем задумался над этим вопросом. После ареста Джона Кларка ему пришлось скорректировать свое мнение, но вряд ли он собирался делиться с этим изысканным обществом своими новыми сомнениями по поводу руководства Скотленд-Ярда.

— К сожалению, правда заключается в том, – начал он, – что существуют люди, чье нежелание быть честным с нами делает поимку убийц практически невозможной.

— Это просто удивительно, инспектор. – Томпсон покачал головой. – Вы говорите, что кто-то знает правду о личности убийцы, но предпочитает ее не говорить? Кто бы мог так поступать?

— Не думаю, что это желание со стороны свидетеля позволить убийце уйти безнаказанным, – сказала леди Кэтрин, прежде чем Эвершем успел ответить. – Полагаю, есть множество причин, по которым свидетель может не сказать всей правды. Родитель может пожелать оградить своего ребенка от подозрений, не зная, что ребенок виновен, заметьте, но желая полностью убрать его из поля зрения. Или же во время убийства человек был случайно вовлечен в какую-то неловкую ситуацию, из-за которой он не хочет обсуждать то, что увидел. Я знаю, что у некоторых людей, допрошенных в связи с убийствами, совершенными Блюстителем заповедей, была, скажем так, далеко не самая чистая репутация.

— Вы хотите сказать, что они были проститутками и сутенерами? – бросил вызов Томпсон, чем заставил леди Кэтрин сердито поджать губы.

— Я больше не буду вас предупреждать, Томпсон. – Сам лорд Валентин не отличался чувством приличия, но, видимо, счел невозможным оставить такое неуважение без комментариев.

— Прошу прощения, лорд Валентин, – сказал молодой человек с выражением искреннего раскаяния. – Я на мгновение забылся.

— Между прочим, – сказал Эвершем, – я обнаружил, что вне круга, в котором такие люди вращаются, представители вышеупомянутых профессий могут быть весьма честны и открыты. По собственному опыту знаю, именно те, кто боится нанести ущерб своей репутации, становятся наименее надежными свидетелями. Тем, кому почти нечего терять, нечего и хранить в тайне.

— Вы намекаете, что мы будем плохими свидетелями, мистер Эвершем? – Леди Эгглстон прижала руку к груди. – Какая абсурдная идея. Всем известно, что низшие классы имеют природную склонность к совершению преступлений. Достаточно взглянуть на биографию тех, кто сидит в тюрьмах нашей страны, чтобы доказать мою точку зрения.

— Моя дорогая леди Эгглстон. – Голос леди Кэтрин был обманчиво вкрадчив. – Я прошу вас проявлять осторожность, делая столь необдуманные заявления. Тем более что не всем за этим столом посчастливилось родиться в высших слоях общества. И все же, по-моему, я могу с уверенностью сказать, что никто из них не был виновен ни в каких преступлениях.