Книга Эпоха невинности. Итан Фром, страница 205 – Эдит Уортон

Итан чуть не задохнулся от нахлынувшего на него чувства блаженства и покоя. Он вышел в прихожую повесить куртку и стянуть намокшие от снега сапоги. Воротившись в кухню, он увидел, что Мэтти уже сняла с плиты чайник и хлопочет у стола, а кошка усердно трется ей об ноги.

— Брысь, негодница! Смотри-ка, я из-за тебя чуть не упала! – воскликнула Мэтти, глаза которой лучились смехом.

Итан снова почувствовал укол ревности. Полно, да ему ли она так радуется, из-за него ли так светится ее лицо?

— Ну, как тут без меня, кто-нибудь заходил? – небрежно спросил он и нагнулся к печке, будто проверяя, хорошо ли закрыта дверца.

Она со смехом кивнула:

— Как же, как же, был один гость!

Мрачнее тучи, Итан выпрямился и кинул на девушку косой хмурый взгляд:

— Кто такой?

В глазах у нее заплясали лукавые искорки.

— Как кто? Да Джотам Пауэлл, кто же еще? Приехал, поставил лошадь и кофейку попросил, согреться на дорогу.

Черная туча пронеслась, и в душе у Итана снова засияло солнце.

— Только-то? Ну, надо полагать, у тебя нашлось чем его попотчевать. – Помолчав, он почел своим долгом добавить: – Как он Зену-то довез, успели к поезду?

— Успели, успели, еще даже ждать пришлось.

При звуке этого имени между ними пробежал мгновенный холодок, и оба замерли в смущении, украдкой поглядывая друг на друга. Но тут Мэтти тряхнула головой и сказала:

— А не пора ли ужинать?

Они придвинули к столу свои стулья, а кошка, не дожидаясь приглашения, вспрыгнула на Зенино кресло и уселась между ними с довольным видом.

— Ах ты, проныра! – прыснула Мэтти, и оба дружно расхохотались.

Еще минуту назад Итан был, как ему казалось, на грани красноречия, но упоминание о Зене внезапно сковало ему язык. Его замешательство передалось и Мэтти; она сидела, не подымая глаз, и потягивала свой чай, покуда он, делая вид, что голоден как волк, уничтожал огурцы и пышки. Наконец, так и не придумав, с чего бы начать, он отхлебнул чаю, кашлянул и произнес:

— Похоже, завтра опять снег пойдет.

— Правда? – откликнулась Мэтти с преувеличенным интересом, поднося к губам чашку. – А как ты думаешь, Зена из-за этого не задержится?

Этот нечаянно вырвавшийся вопрос тут же вогнал ее в краску, и она торопливо поставила чашку на стол.

Итан протянул руку и выловил из блюда еще огурчик.

— Кто его знает, в это время года пути часто заносит. У Корбери место открытое, метет там здорово.

Звук Зениного имени начисто отбил у него охоту говорить, и ему снова померещилось, что она незримо присутствует здесь, за столом.

— Ты что же это делаешь? Ах негодница! – напустилась вдруг Мэтти на кошку, которая залезла всеми четырьмя лапами на стол и потихоньку подбиралась к кувшину с молоком. Кувшин стоял как раз между Мэтти и Итаном; оба одновременно наклонились вперед, и руки их соприкоснулись. Мэтти первая схватилась за ручку кувшина – ее рука оказалась внизу, и Итан задержал на ней свою ладонь чуть-чуть дольше, чем требовалось. Кошка, воспользовавшись таким неожиданным развитием событий, решила незаметно удалиться со сцены и, пятясь, толкнула стеклянное блюдо, которое грохнулось на пол и разбилось.

Мэтти, охнув, вскочила.

— Ой, Итан, Итан, все вдребезги! Что теперь Зена скажет? – запричитала она, стоя на коленях перед грудой осколков.

Но тут Итан проявил необходимое мужество.