Книга Лорна Дун, страница 325 – Ричард Додридж Блэкмор

Моим воинам, охваченным жаждой мести, подобные мысли были чужды, и, как только Дуны оказались на расстоянии выстрела, старый Айк, не ожидая команды, тут же уложил одного из них. Это послужило сигналом, и все мушкеты моего отряда разом грохнули, повалив замертво больше половины разбойников. Скошенные пулями, они падали, как бревна со стен их домов, пожираемых пожаром.

Сначала я хотел было удержать моих людей от беспощадного истребления врагов, но вскоре понял, что эта гуманная мысль ошибочна. Оставшиеся в живых, беспорядочно стреляя, хватались за шпаги и мечи, набрасываясь на нас из темноты. Ни о какой пощаде не могло быть и речи.

С невольным восхищением я наблюдал за доблестными защитниками долины. Уступая нам числом, они, тем не менее, отважно сдерживали наш натиск. Поскольку ружья и пистолеты были уже разряжены, в ход пошло холодное оружие. Самому мне убивать не хотелось, я надеялся только расквитаться с Карвером, но его среди Дунов не было. Мои солдаты тоже не страдали отсутствием отваги. Так, Кит Бадкок, тщедушный и небольшого роста, убил высокого и сильного Чарли, отдав при этом свою жизнь, но расплатившись за смерть ребенка и бесчестье жены. Их так и нашли лежащими рядом. Неизвестно, откуда Кит узнал, что именно Чарли виноват в его горе.

Потом уже мы узнали, что Карвер и Чарли разыграли его жену Марджери в кости, и она досталась последнему. Кит производил впечатление тихого дурачка с философским складом ума, и некоторые скоты из наших осмеливались даже издеваться над ним, хотя он понес такую утрату. И только я знал, что он лишь прикидывается глупой овцой, чтобы избежать насмешек и не вызвать подозрения у врага. В битве он участвовал безоружным, но попросил меня допустить его в самую гущу свалки. Издалека выследив Чарли, Кит подошел к нему и отозвал в сторону. Неизвестно, что произошло между ними, но невзрачный Кит прикончил богатыря Чарли Дуна голыми руками. Когда из дома выскочила жена Кита, они так и лежали, стиснув друг друга в смертельных объятиях. Марджери убивалась по мужу и протянула после этого недолго, скончавшись от сердечного приступа.

Мне приходилось видеть битвы и пострашнее, но эта ночь огня, смерти и крови навсегда врезалась в мою память. Наконец-то за все злодеяния, за все издевательства и грабежи разбойники Дуны понесли заслуженную кару, и в наших сердцах не было жалости.

Наступило свежее мартовское утро. Долина Дунов представляла собой сплошное пепелище. Уцелели только женщины и дети, а из Дунов спаслись лишь Советник да неизвестно куда девшийся Карвер. Остальные полегли все. Конечно, мы радовались победе, которая положила конец вечному страху перед бандитами из Бэгворти, но меня терзали угрызения совести. Не слишком ли жестоко мы обошлись с Дунами, ведь Господь в заповедях своих всегда обращался к милосердию…

Итак, мы победили, но победа наша породила массу кривотолков и недоразумений. Любые потрясения в истории человечества всегда оставляли свой след. Так и теперь разгром долины Дунов, законный или незаконный, вызвал брожение в умах и фермеров, и лордов, живущих в нашей местности. Уничтожив разбойников, мы оказались перед необходимостью нести ответственность за судьбу их жен и детей, которые лишились и крова, и защитников. Но если этот вопрос как-то можно было урегулировать, то с остальным дела обстояли сложнее. Все те, кто был когда-либо ограблен Дунами, почему-то потребовали от нас возмещения нанесенного им разбойниками ущерба. Они полагали, что захватив долину, мы также завладели и накопленными Дунами сокровищами, и теперь каждый с пеной у рта требовал своей доли. Лучше бы все ныне жаждущие легкой наживы раньше проявляли такое же единство и нетерпение. Тогда, может быть, необходимость столь крутых мер против бандитов отпала бы сама собой. Если бы всех этих жадин так же объединяло чувство негодования, как теперь чувство корысти, наверняка, Дуны не осмелились бы творить бесчинства на протяжении стольких лет.