Книга Лорна Дун, страница 198 – Ричард Додридж Блэкмор

— Поверьте мне, — высокомерно заявил Фаггус, — и вы, милая матушка, и ты, простачок Джон, что уж я-то как-нибудь отличу алмазы от стекла. Если бы мне попалась такая дама на дороге, я не побоялся бы сразиться с любой охраной, лишь бы завладеть таким сокровищем. Но увы, эти времена канули в Лету. Представляю себе, как сверкают эти бриллианты в лунном свете!

— Господин Фаггус, — строго заговорила мать, — я полагаю, сейчас не время и не место напоминать нам о ваших былых похождениях. Мне кажется, что избыток спиртного… — тут она запнулась, вспомнив, что сама подливала Тому и шнапс и вино. — Короче, я хотела бы сказать вот что. Вам удалось завоевать сердце моей дочери и получить мое согласие на брак. Но это произошло потому, что вы начали вести честную, праведную жизнь, пообещав никогда больше не заниматься грязными делами. Энни — моя старшая дочь, и я люблю ее больше всего на свете после сына Джона, и я бы не стала рисковать жизнью и репутацией моей дочери, выдав ее замуж за разбойника с большой дороги.

Произнеся такую длинную речь, мать уткнулась мне лицом в плечо и расплака-лась. Я был готов вышвырнуть Фаггуса из нашего дома и его кобылу вслед за ним, поскольку не терплю подстрекательства, хотя в принципе, побудить меня на такой поступок, довольно сложно. Но когда дело доходит до слез и огорчения моих близких, я способен буквально на все.

Ничто на свете не длится слишком долго, как в каждой своей книге уверяет мой любимый писатель великий Шекспир. И если мое путешествие в Лондон ничего не изменило относительно тех дел, ради которых я был вызван, по чистой случайности эта поездка преподнесла мне огромный подарок.

На одной узкой улочке ссорились две женщины, причем ругались они прямо из окон домов, стоящих друг напротив друга, а я, не зная, чем может закончиться их перебранка, на всякий случай ускорил шаг, чтобы побыстрее скрыться за углом. Внезапно какой-то весьма увесистый предмет свалился мне прямо на голову. В испуге поначалу я даже боялся посмотреть, что же это было такое. Но не слыша звука разбитой посуды, а только смех одной из женщин, я обернулся и увидел перед собой книгу, которой, видимо, одна дама решила высадить окно другой, но промахнулась, и заехала томом прямо мне по темени.

Я поднял книгу и зашел в тот дом, из окна которой она вылетела. Однако привратник уверил меня, что ничего подобного произойти не могло, и попросил меня помалкивать об этом случае. Я поклялся, что не скажу никому ни слова и хотел вернуть фолиант, но слуга слезно попросил меня спрятать книгу под куртку и побыстрее уходить, так как этот инцидент мог бы плохо отразиться на репутации его хозяйки. Я выполнил его просьбу, но лишь частично, поскольку не стал прятать книгу, а шел и нарочито открыто нес ее перед собой в надежде, что кто-нибудь обратит на нее внимание и захочет забрать, признав своей. И так как никто ее не востребовал, она стала моей любимой на последующие годы, доставляя мне удовольствие в минуты отдыха. И если вам нравится мой стиль повествования, то более всего я обязан этому именно той самой книге, которая написана великим писателем, обладателем высшей награды за красоту речи (как я в борьбе, к примеру).

Итак, повторю вслед за мастером слова, что ничто не длится вечно, особенно гнев женщины. Поэтому и моя мать, будучи мягкой и доброй, не стала долго сердиться на Тома Фаггуса, тем более памятуя о том, что такие люди, как Том, не скоро забывают о своих былых приключениях. Энни тоже постаралась, как могла, примирить мать и Фаггуса, уверяя, что Тому следует доверять, тем более, что он старается ради нашего же блага предупредить о возможных неприятностях и что он, конечно же, ничего дурного не имел в виду.