Книга Пересечение, страница 71 – София Санчес

Марьяна отошла к частоколу, который окружал маленькую избушку и задумалась. Конечно хорошо, что князь в порядке, по его состоянию и острому как никогда языку понятно, вскорости он поднимется на ноги, как только рана затянется, но она во всей суете забыла об Алеше. Как он? О чем думает? Хотя понятно, что о ней и об их несостоявшемся побеге, наверняка душа его страдает и плачет, а ей донельзя захотелось его увидеть, обнять, заверить что не все потеряно и она всеми силами стремится к нему одному. Каково его, жить с осознанием что он виновен в попытке порешить друга, почти брата? Хотя они уже явно не друзья, а тем паче не в близких отношениях и от того у Мари сжалось сердце. С чего все это и когда началось? Она уже ничего не понимала и не хотела сейчас давать объяснение самой себе, одно ясно- надобно написать Алеше и назначить встречу, иначе она сойдёт с ума и дышать спокойно ей не по силам.

Она пришла в себя когда за спиной послышались голоса эскулапа и Пантелея, они что-то обсуждали, а подойдя ближе Марьяна поняла, тот объясняет слуге, что барину лучше поелику остаться на месте, ведь может пойти кровотечение, а там и до заражения недалече. Слуга сняв картуз, почесывал кудрявый чуб и вздыхая, едва взглянув на неё, направился к выходу. Подозвав Марьяну, лекарь Самуил Исскакиевич, так его звали вновь объяснил ей что и как делать, к тому же надобно раз в день менять повязку, а та заверила что все сделает в лучшем виде. Когда Мари зашла в избу, то столкнулась с мрачным видом Андрея, тот сидел полулежа и уставившись в одну точку, о чём-то думал. Девушка принялась раскладывать еду и вещи принесенные Пантелеем, вкусно пахло стряпней Фроси и оттого у неё разыграли нешуточный аппетит. В деревянные миска она разложила куски мяса и крупы, а также налила в кружку молока, намереваясь вначале накормить князя.

— Вот, надобно поесть, — она поднесла ему на подносе и замерла перед ним. — Или вы думаете я туда яда подложила.

Он резко сверкнул на неё ледяным взглядом и поправив прядь русых волос, тяжко вздохнул.

— Не думаю, — прочеканил он, — иначе к чему все это?

— Тем паче, — отозвалась она, — вам стоит получше питаться. Вы же не хотите здесь остаться долго?

— Не в коем случае, — ухмыльнулся он, — как только поднимусь, то уберусь с этого треклятого места.

Марьяне хотелось спросить о том что он намерен сделать по отношению к Алексею, но стушевалась полагая что сейчас не подходящее время. Она поставила поднос рядом, а сама села на лавку за столом. Одновременно ей хотелось чтобы он и быстрее встал на ноги, с другой стороны боялась его мести по отношению к Алеше.

Минула пару дней и быт в избе был налажен. С утра Мари ходила к роднику и приносила воды, там же умывалась и наслаждалась спокойствием, ведь рядом с Протасовым ей было вовсе не просто. Он не подпускал её близко, даже повязку на месте ранения менял сам, а она только подносила еду и размешивала нужное лекарство. Когда она вернулась Андрей сидел свесив ноги на пол и наградил её презрительным взглядом, едва та появилась в избе.

— Не стоит вам так рисковать, — кивнула она на него, поставив ведро с водой возле печи, — рана может разойтись.

— Тебе какое дело, — огрызнулся тот, — я не намерен тут оставаться ещё дольше.