Книга Пересечение, страница 64 – София Санчес

— Фрося, милая, я так счастлива, — обнимая няню, сказала Марьяна.

— Идём, ненароком услышит кто, — она взяла девушку за руку и повела за собой.

Они остановились у старой березы и наблюдая за счастливым лицом Марьяны, радовалась и Фрося.

— Он, понимаешь, он условился завтра со мной, — тихо объясняла Мари, хотя ей хотелось кричать о своей радости. — Алексей, поможет мне, он спасёт меня и я не вернуть более сюда.

— Ах, дитя моё, — с тоской протянула та, — как же жить станешь?

— Алексей, поможет мне получить наследство, у него есть связи и его поверенный был другом Анны Степановны, а стало быть он обещал свою поддержку, — с уверенностью говорила девушка, и ничуть не сомневалась в любимом человеке.

— Дай то Бог, Мари, — с улыбкой отозвалась Фрося, — а я молиться стану за тебя и чтобы так оно и вышло.

— Выйдет, милая, вот увидишь выйдет, — с торжественной улыбкой заключала она. — А когда я получу все что мне оставила крестная, то разом выкуплю тебя и не придётся тебя работать на Протасова не разгибая спины.

— Дитя ты моё, — она обняла счастливую девушку и всхлипнула от переизбытка эмоций, — главное ты счастье бы обрела, я то уже старая, мне бы была крыша над головой.

— Ты единственная у меня осталась, я тебя здесь не оставлю, — сказала девушка поцеловав добрую няню в щеку. Марьяна вместе с Фросей направились на кухню, где за разговорами хотели провести немного времени. Все слуги удалились в людскую и никто бы не смог им помешать, ведь близкое расставание щемило где-то внутри. Мари щебетала и душа её танцевала, она весело смеялась, когда они миновали дверь и оказались в кухне. Не сразу разглядели в углу мрачного хозяина, что больше походил на статую, застывшую со стаканом в руках.

— Добрый вечер, Андрей Петрович, — хлопая глазами кивнула ему Фрося. Обе напряженно застыли точно их уличили в преступлении, лицо Мари вмиг приобрело мрачный вид, она опустила глаза и хотела скорее скрыться, но не могла, а лишь стояла и ждала.

— Что же вы замолчали? — Ухмыльнулся Протасов, поглядывая на растерянную девушку, точно зная чем вызвана её радость и от того внутри переворачивалось.

— Извините, ваше сиятельство, мы то с Марьяшей малость прошлое ушедшее поминали, матушку вашу добрым словом вспомнили, — как могла оправдывалась Фрося, дабы уберечь девушку от ненужных объяснений.

— Матушку говоришь? — Протянул тот, отставляя бокал с водой в сторону, — Я то думал у вас радость посерьёзнее, событие какое-то предвидится, а тут прошлое. — Что вы Андрей Петрович, вы извините, что мы так…

— Она что язык проглотила? — строго прочеканил он, смотря на молчаливую девушку. — Минуту назад она вовсю щебетала.

— Ничего подобного, мы не хотели мешать, — произнесла она.

— Что ж, думаю завтра будет нелёгкий день, так что не советую долго засиживаться, — с ухмылкой сказал он и поспешил уйти.

Мари округлив глаза проводила его затравленным взглядом и выдохнула лишь только тот скрылся из виду.

— К чему такая забота? К чему это он? — Кусая губы рассуждала она.

— Бог его знает, о дурном не думай, — отмахнулась Фрося. — Лучше давай мы с тобою вот чайку выпьем.

Она принялась развивать из котла стоящего на печи кипяток в две большие деревянные кружки. Марьяна все никак не могла успокоиться, взгляд Протасова его слова, точно острый крюк задели за плоть, все она ждала от него подвоха, подножку в любой момент. Нехорошее предчувствие странно давило на душу, точно должно произойти нехорошее. Хотелось улететь в завтра немедля, сию минуту и наконец оказаться подальше от этого дома и ненавистного Протасова, способного на любую подлость.