Книга Пересечение, страница 42 – София Санчес

— Ты будешь жить во флигели, где жила до побега, будешь приносить мне кофе, чай или то что мне будет угодно, будешь прибираться в моей комнате и стало быть угождать мне. Это понятно?

— Да, — тихо ответила она.

— Иди, принимайся за работу, нечего тут сидеть, тебя ждёт работа по дому, — приказным тоном сказал он.

— Я только минуту и уже иду, — она хотела немного прийти в себя, но он не терпел пререканий и нахмурив брови смотрел на потерянную девушку.

— Я кажется ясно дал понять, что тебя ждёт работа, — грозно прочеканил он.

Андрей раздувая ноздри слышал её торопливые шаги и резко бросив взгляд увидел на лавке оставленную ею шаль, что тихо и неприметно лежала и казалось смотрит на него невинными глазами. Он разом поднял её и какое-то время смотрел, разглядывал представляя Мари, а затем поднёс к лицо и погрузился в мягкую ткань, чувствуя запах, что манил его с неведомой силой. Он вдыхал едва уловимый аромат сирени, так пахла её кожа, волосы, он сходил с ума от него и с упоением искал его всё больше, вдыхая его по крошечным кусочкам. Ему хотелось все больше и сильнее почувствовать её, он бы не мало отдал дабы пройтись носом по ее коже, лишённой одежды, в тот момент он поймал себя на мысли, что он на грани безумия. Стоило большой воли и усилий дабы оторваться от неё и прийти в себя, но думать о ней, не представлять её, взяв волю в кулак Андрей с силой бросил шаль на лавку и уже было направился к выходу, как неожиданно появилась Фрося.

— Андрей Петрович, я хотела о Марьяне потолковать, — со вздохом произнесла она.

— А что о ней говорить? С ней все в порядке, а ты иди и делом займись, — отрезал он не собираясь обсуждать это.

— Да, но она то не служанка, не гоже ей бедняжке обслугой быть, — пыталась его вразумить Фрося. — Анна Степановна не одобрила бы.

— А, — притянул он, — жила как барыня и думала всю жизнь так будет? Не бывать тому! Станет как ты, как все и дело с концом. И полно о том, не собираюсь на пустую болтовню время тратить.

Сказав это он быстро ушёл из людской, оставив служанку в недоумение и она понимала вряд ли хозяин передумает, уж больно настрой у него серьёзный. Тяжело вздохнув она поспешила по делам, которых было не впроворот.

Весь день Мари была точно не своя, она молилась, ждала и боялась одновременно. Предстоящее событие её изрядно нервировало, в мондраже она без конца ходила по комнате, думая об Алексее. На улицу она не смела выходить, зная что Протасов может искать её, оттого боялась сильнее и в конце концов устав, девушка уселась на сундук. Она все думала как теперича быть и о том что надобно рассказывать о своей истории и о побеге из поместья, но опасалась мести Андрея. Для неё он был точно злой дух, способный в один миг покончить с ней, поэтому Мари ничего так и не решилась рассказать Алексею.

Ночь выдалась беспокойной, она постоянно прислушивалась, ей казалось Протасов помешает её плану и ворвётся в дом, ведь тот способен на многое. Лишь только лучи коснулись небосклона, Марьяна принялась укладывать свои немногочисленные вещи в корзину. Томясь нетерпением, девушка с радостью представляла их вместе с Алексеем и оттого улыбалась самой себе, убеждал себя, что все будет хорошо.

Рано утром в дверь раздался стук и Мари радостно подскочила к двери догадываясь что это Захар. Отворив её она увидела не слугу Алексея, а совсем другого не знакомого ей человека.