Книга Пересечение, страница 234 – София Санчес

— Здесь написано, что княгиня Сарасова больна, она при смерти, — тихо обронила она.

Карл Филиппович взял бумагу из её ослабевших рук, принялся читать и изучать каждое слово.

— Неучто ведьма испустит дух? — Скривив губы сказал он.

— Не знаю что и думать, — вздохнула Мари. — Всё это мне очень не нравится.

— Здесь написано, что она хочет вас видеть и ждёт нынче же, — заметил немец. — Что вы намерены делать?

— Раз так, то я поеду и во всём разберусь, — заявила она, хоть видеть это семейство в каком бы состоянии они не находились, желания не было.

— Что ж тогда я с вами, не могу вас отпустить одну, — произнес он и направился за указанием заложить экипаж.

Они прибыли в Сарасовку к вечеру, когда закатное солнце уже окрасило небо в багровый цвет. Оказавшись у парадного она осмотрелась, а затем к ней подошёл слуга и поприветствовал прибывших.

— Марьяна Васильевна, это я вам писал, — произнес тот и в нем Мари узнала того самого прислужника княгини, когда она держала её в амбаре.

— Вот как, — протянула она вскинув голову.

От тех воспоминаний ей стало нехорошо, если бы не присутствие Карла Филипповича позади, что стоял точно верный солдат способный побороть любого и всякого — Марьяна бы не чувствовала себя так уверено в своей безопасности и страх победил бы её.

— Елене Александровне не здоровится, она слаба и горячка держится уж не один день, — отчитывался Матвей. — Она просила вас, хотела попрощаться.

— А эскулап что говорит? — Мари хоть и не испытывала жалости и сочувствия к ней, но смерти не желала.

— На все воля божья, — отозвалась он и позвал в дом.

Карл Филиппович остался в гостиной, а Мари слуга повёл наверх, где в мрачных коридорах горели канделябры со свечами, наводя тоску и грусть.

Мари вошла в большую комнату, где на кровати окружённой балдахином лежала умирающий княгиня. Вокруг неё толпились слуги, каждый хотел помочь — кто-то прятал слезы в платок, кто-то глядел безразличным взглядом на угнетающую картину, а рядом с матерью, держа её за руку сидела Надя. Мари не знала как себя вести, впервые она чувствовала такую неловкость, точно её выдернули из привычной жизни и поместили сюда, а сама она сопротивляется тому.

Служанка, что обратила на неё внимание поспешила подойти и взяв за руку подвела к кровати. На белоснежной простыни, под тонким одеялом слегка прикрывающим не привычно худое тело лежала княгиня. Если бы ей показали её и она не знала, что это Сарасова — Марьяна не за что не догадалась, так сильно та изменилась. Лицо стало похоже на покойника, тонкие руки обтянутые кожей лежали вдоль неё, глаза точно провалились и из темных глазниц на Марьяну смотрели два выцветших зрачка. Едва увидев рядом Мари, та оживилась и на её тонких обескровленных губах показалась улыбка.

— Мари, — прошептала та. — Ты пришла.

Надя сверкнула на Марьяну глазами и с укором пилила ядовитым взглядом, готовая тотчас набросился на ту. Она была готова оттащить ту подальше не зависимо от состояния матери, которая на смертном одре хотела мира.

— Вы же просили приехать, вот я и здесь, — обронила Мари.

— Тебя никто не звал, уходи, — вмешалась Надя.

— Спасибо Марьяна, — княгиня потянулась к ней ослабленной рукой, а ей ничего не оставалось как протянуть свою.

— Что с вами? — Спросила она.