Книга Пересечение, страница 216 – София Санчес

— Сама знаешь, коли ведьмой заделалась, — прочеканила княгиня, — говори где она? Кому отдала?

— Ан нет, княгиня, — раздался скрипящий голос, — много хотите, да мало получите.

— Что ты хочешь? Озолочу, ничего не пожалею, куплю дом тебе за место этой лачуги, только скажи, — нервно жестикулируя просила Сарасова.

— Оно мне не надо, а дом свой не променяю, — вглядываясь в раскинутые карты произнесла женщина.

— Как прикажешь, только одно скажи. Где она? Пожалей меня, чего стоило переступить порог твоей лачуги.

— Я вас не приглашала, — раздался суровый голос. — Мне ваши подачки не нужны. А где она и слова не скажу.

Тогда у Сарасовой что-то оборвалась внутри и понимая, что ведьму не разговорить, она стояла точно облитая ледяной водой. Тогда скорее от бессилия, чем от желания во что бы то не стало добиться своего, она опустилась перед ней на колени.

— Богом прошу или чем хочешь, скажи хоть что-то, — сложив молитвенно ладони произнесла княгиня.

— Вот вы как решили взять меня — Богом молите, — поднявшись прочеканила та. — А есть ли он для вас?

— Не мучай меня, — вздохнула Сарасова, — я не перед кем не стояла вот так, не унижалась и не просила.

— А вы приходите через седмицу, — прохрипел голос над ней, — я может и вспомню.

Медленно поднявшись Сарасова отряхнула муслиновое платье от пыли и сверкнув суровым взглядом на довольную ведьму бросилась из дома.

Марьяна сидела в кабинете и пыталась заняться делами, только не могла. Андрей пропал, точно испарился, даже слуги в доме не знали где он, что было невероятным. Он написал ей письмо, назначил встречу, но не приехал, тогда ей пришлось ждать его до глубокого вечера, но тщетно. Следующим днем она уже была в Протасовки, но все слуги как один твердили, что хозяин ничего им не сообщал и они ничего о нем не знают. Прошла почти седмица без дня, а так и ничего не понятно. Мари взяла за привычку каждый день объезжать округу, дабы найти хоть какие-то следы, но тщетно. Ей постоянно казалось, что случилось непоправимое, ведь человек не иголка, чтобы пропасть без следа, только вот проходили дни, а от него не было вестей.

— Раскатов, что б его, — выругался Карл Филиппович, едва оказавшись в кабинете, — ишь чего удумал. Хочет оспорить границу земель в Некрасовском — видите ли пару саженей у него увёл. Подумать только!

— Отдайте вы ему что хочет, — вздохнула Мари, думая что отдала бы весь участок, только бы нашёлся Андрей.

— Вы что? Там урожай пшеницы по осени был такой, что все диву давались, а уж сколько сил я потратил дабы приобрести такое сокровище, — прищелкнул тот языком. — Я ему и большой пяди не отдам.

— Вы самый лучший управляющий, — улыбнулась Мари, откладывая письма, — мимо вас и муха не пролетит.

— Спасибо за похвалу, Марьяна Васильевна, — довольно произнес он. — Вижу вы удручены.

— Карл Филиппович, вы же знаете, князь Протасов пропал, — вставая из-за стола отозвалась она.

— И поделом, — злорадно буркнул управляющий. — Чтоб он сгинул где нибудь.

— Вы что? — Строго бросила Мари, — я понимаю, вы не жалуете князя, но вот так говорить, я не позволю.

— Марьяна Васильевна, таким как этот князёк ничего не бывает, — ухмыльнулся тот, прищурив хитро глаза. — Небось развлекается где-то в свое довольство, а вы тут слезы льете.