Книга Пересечение, страница 156 – София Санчес

— Ты знаешь, после нашей встречи, самой первой я будто чувствовала что знакомы мы, а тут выясняется, что это ты отдала меня Анне Степановне, вернее продала, — Начала Мари, когда они подошли к беседке.

— Всё да не всё ты знаешь, — отрезал та, уставившись на неё.

— Верно, — произнесла Мари, — одно меня пугает, как можно ребёнка точно куклу продать.

— Можно, когда в рот положить нечего и знаешь, что та кому продаешь вернее матери будет, — сверкнула Аглая пугающим чёрным взглядом.

— Кто? — Прочеканила Мари, — кто были мои родители? Кто та мать, что не хотела видеть меня?

— Не торопись, не спеши, все по очереди, все по порядку будет, — остановила та, усмехаясь её решительности.

— Я столько лет не хотела знать и теперича ты о порядке говоришь? — Нетерпеливо всплеснула руками Марьяна.

— Иди сюда, девочка, — Аглая взяла руку Мари и сжала в ладонях. — Отца своего ты знаешь, видела, он тебя видел знал, полюбил любовью отеческой.

— Ничего не понимаю, — прошептала Мари, чувствуя жар от рук собеседницы. — Как такое возможно?

— Судьба бывает злой, а порой её дороги и впрямь проведение, — говорила та, глядя в непонимающий взгляд девушки, — мы думаем это совпадение, шутки, забавы, но это сам Господь всему указ, его это работа.

Аглая посмотрела на него и мимо пронеслась стая резвых птиц, она указала на них Мари.

— Видишь, какие они безработные, но это не от того что так есть, это мы так видим, нам так кажется, так и в жизни вещи не такие какими кажутся, а люди это шкатулки с лабиринтом — в которых мы чаще всего не разбераемся, — точно сказку рассказывала та.

Она отпустила руку Мари и вздохнула глядя вдаль.

— Когда я отдала тебя княгини, то знала что в надёжных ты руках, — продолжала по делу та. — Я наблюдала за тобой, приходила и с княгиней Протасовой виделась с ней о тебе справлялась. В тот день — первой нашей встречи, все случайно вышло, опять проведение привело тебя ко мне. Кулон, тот что тебе отдала — он матери твоей принадлежал, как сейчас помню, она отдала его мне, как плату за услугу, что тебя в семью пристрою. Я же его не продала, а решила сохранить — потом тебе отдать решила, поелику и плату взяла с княгини, чтобы с голоду не умереть.

— Боже, — схватилась Мари шею рукой, до того ей показалась чудовищем родная мать, что стало трудно дышать.

— Так вот, — продолжала та. — Когда я узнала, что Протасов плохо с тобою обращается, а тем паче замуж тебя не весть за того хочет отдать, то решила действовать. Ты думаешь как я это все узнала? Да лакей Гавриил моим информатором был. Первое, что сделала написала твоему отцу родному.

Мари тяжело дышала, ей казалось над её головой свисает каменная плита, которая вот-вот рухнет на неё.

— Ты думаешь, почему граф Оранский на тебе женился? Почему будучи один во всем свете он решил обзавестись молоденькой супругой, а ведь ему видимо не долго оставалось? — Наступала Аглая, а Марьяна не понимала к чему она клонит. — Он был хорошо знаком с княгиней Протасовой, та немало сделала для него и даже жизнь спасла, а он был бы безмерно раз отблагодарить ту. Николай Платонович мой сводный брат, отец у нас один, а вот матери разные. Мы не общаемся со времен смерти отца — слишком разнятся у нас на жизнь взгляды.

Мари окаменела, покойный супруг не разу не говорил о том, наоборот — пару раз обмолвился о родителях, но о других родственниках не разу.