Книга Никогда не отпущу. Месть изменщику, страница 40 – Мария Шарикова

Негромкий, но всё-таки уловимый вскрик сорвался с её приоткрытых губ, когда он полностью погрузился в неё. Начав медленно двигаться, Мэтью заметил, как маленькие ладошки Оливии мёртвой хваткой вцепились в простынь, будто она сдерживает себя и свою боль из последних сил.

Осознание этого заставило его ускорить процесс, понимая, что он делает всё это в последний раз.

Ему с самого начала стоило понять, что Ливи не создана для плотских утех.

Сделав ещё несколько глубоких толчков, Мэтью начал изливаться в глубину тесной плоти, до тех пор пока не почувствовал полное опустошение, навалившись на неё всем телом. Только с Оливией он мог позволить себе подобное и, несмотря на ни на что, испытать самое настоящее блаженство.

Восстановив дыхание, он скатился с Оливии и зарылся лицом в разметавшиеся по подушке локоны.

Оливия протянула руку и коснулась ладонью его щеки.

— Мэтью.... Сегодня мне и правда было не больно... Но неужели это действительно доставляет удовольствие мужчине?

Мэтт поднял голову как раз в тот миг, когда она капризно сморщила свой хорошенький носик.

— Мне доставляет удовольствие твоя близость, любимая. Я надеюсь, что в самое ближайшее время ты будешь ожидать ребёнка, и тогда ты сможешь отдохнуть от всего... Этого.

Ласково коснувшись губами её носа а затем и чуть приоткрытых уст, он поспешил встать с кровати. Найдя на полу свои вещи, он натянул их на себя с небывалой скоростью, не желая смущать и без того раскрасневшуюся Оливию. По хорошему, он должен был остаться с ней, крепко обнять, но Мэтт боялся себя и своих порочных желаний. Одного любовного акта с самой желанной женщиной ему явно будет мало.

Заметив, что Оливия робко наблюдает за ним, Мэтью понял, что ему стоит ещё что-то сказать, чтобы она не решила, что он остался недоволен ею.

— Спокойной ночи, Ливи! - произнёс он, приблизившись к двери. - спасибо тебе за то, что доставила мне удовольствие...

* * *

Бал в доме графини Монтегью считался пиком сезона, и Оливия долго готовилась к нему. Ей хотелось быть лучшей для Мэтью, и она постоянно бегала к нему, чтобы выяснить, какой цвет платья ему нравится больше, какой фасон, и стоит ли купить газ или предпочесть кружевной чехол на платье. Она хотела надеть алмазную диадему, которую он ей подарил, и платье подбирала под сложный узор диадемы, сиявшей, будто внутри неё был источник света.

— Ты будешь самой красивой в любом случае, - только и улыбался Мэтт, видя, как суетится его молодая жена.

— Я хочу быть красивой только для тебя, - возражала Оливия, - потому что другие меня не интересуют.

Оливия была и правда лучшей. Мэтью в очередной раз с трудом мог позволить себе вложить её руку в руку чужого мужчины и ни на секунду не сводил глаз с танцующей пары. Оливия двигалась так божественно, была так грациозна и так хороша, что ему казалось, любой готов схватить её в охапку и бежать. Больше всего виконта раздражал Филипп, который после истории с собакой разговаривал с ним сквозь зубы. Лучший друг постоянно вертелся рядом с Оливией, делал вид, что испытывает к ней только дружеские чувства, но Мэтт понимал, что Филипп видит в Оливии совсем не ту маленькую девочку, которую всегда ото всех защищал. Нет, в его серых глазах не было покоя, с которым смотришь на подругу детства. В них зажигался огонь, и было очевидно, что Оливия нравится ему день ото дня всё больше.