Книга Должники, страница 59 – Татьяна Лунина

Сначала она почувствовала, как вздрогнул расшатанный стол, затем услышала заоконный кошачий вопль, потом ощутила, как ее осторожно и бережно приподнимают со стула. После все поглотило марево, укутавшее давно забытым жарким покровом…

х                х                х

— Ну, что, Илья Александрович, выдвигаемся? – Овчинников сидел на корточках перед мальчиком, бережно обхватив ладонями маленькие ладошки, в его голосе не слышалось даже намека на заигрывание или насмешку. Взрослый спрашивал малыша, как равного: уважительно и серьезно. Кажется, это почувствовал ребенок, в ответ он согласно кивнул и деловито шагнул к латунному крючку с голубой вязаной курточкой, прикрученному слева под вешалкой.

Ночью гость выпросил у хозяйки разрешение отвести мальчика в детский сад, а потом забрать его оттуда домой. Ночью многое разрешалось друг другу, на пользу это было или  во вред думать сейчас не хотелось. Все размышления о случившемся Антонина отбросила на потом, когда прояснится туман в голове и утихнет звон в теле.

— Ты, действительно, не хочешь, чтобы тебя забрала мама? – торопливо чмокнула сына в макушку опаздывающая на работу Тоня.

— Не «не хочу»! А хочу, чтоб меня забрал дядя Митя.

— Резонно, -- поддакнул просиявший Овчинников. – Не забудь оставить нам ключ.

Короткое «нам» кольнуло неожиданной ревностью. Она быстро пошарила в верхнем ящике тумбочки, сунула запасной ключ в протянутую руку и распахнула дверь, на ходу застегивая плащ.

— Ой! -- за порогом стояли двое, для полной гармонии им не доставало пары автоматов.

— Простите, если напугал, -- смущенно пробасил один, опуская поднятую руку. Его левую щеку пересекал безобразный шрам, придающий смуглому лицу свирепое выражение. – Мы только собирались звонить, как дверь сама открылась.

— Кого ищем, мужики? – вперед выступил Овчинников, крепко держа Илью за руку.

— Мы, наверно, ошиблись, -- ответил второй. – Нам нужна Аренова Антонина Романовна.

— Зачем она вам?

— Все нормально, Дима, -- выдавила хозяйка непослушными губами, прислонившись к дверному косяку. – Это ко мне.

— Проходите. Антонина Аренова – это я.

— Стоит ли? – шрам пренебрежительно дернулся и снова застыл.

— Пожалуйста, -- умоляюще выдохнула Тоня.

Поколебавшись, они ввалились в прихожую, заполнив собой небольшое пространство.

— Может быть, чаю? Кофе, извините, нет. Или, может, позавтракаете? Вы, я думаю, с дороги, проголодались, наверное.

— Нет, спасибо, -- отказался меченый. Похоже, он был в этой паре за главного: выглядел старше, держался увереннее. Его жесткий взгляд, в котором легко прочитывалось презрение, никак не вязался с добродушным баском, скорее, так мог бы басить священник или артист. Ни к тем, ни к другим он, безусловно, не относился. Но кем бы ни был неожиданный гость, Тоня ясно осознавала, что сейчас от его слов зависит вся ее жизнь.

— Мы к вам, собственно, по поручению капитана Аренова.

Она приросла к стене, вцепившись скрещенными за спиной руками в шероховатые обои. Мелькнула никчемная мысль, что это отечественное старье давно пора бы сменить на новые, югославские, в бежевую полоску, какие можно достать у спекулянтов.

— Вам плохо? Дать стул? – спросил второй.

Старший вытащил из внутреннего кармана куртки мятый самодельный конверт.

— Вот, Александр просил передать это вам, -- переглянулся с товарищем и, повернувшись к двери, сухо бросил. – Прощайте.