Книга Должники, страница 33 – Татьяна Лунина

— Теть Роз, -- взмолилась Тоня, -- дай хоть в себя прийти! Мы же только что с поезда. Я, вообще, еще ни о чем не думала. Если тебя волнуют деньги, пожалуйста, не беспокойся. Мне будут перечислять из Сашиной части.

Тетка выразительно покрутила у виска указательным пальцем.

— Ты, я вижу, совсем свихнулась в своей тайге. Может, напомнишь, дорогая племяшка, когда я волновалась по этому поводу?

— Прости.

— То-то же. И, кстати, прекрати, наконец, называть меня тетей. Я своих не рожала, потому что ты у меня за дочку была, есть и будешь всегда. Замуж, между прочим, не вышла по той же причине, все боялась, «дядя» будет не так хорош, -- язвительно подчеркнула она возможный родственный статус. – Помнишь Леонтия Семеныча?

— Нет.

— Ну, он тебе еще нитки цветные таскал, мулине для вышивки, забыла?

— Рыжий?

— Ну.

— А ты, что, собиралась за него замуж?

— Тю! – фыркнула тетка. – Я с ним даже не целовалась, в кино несколько раз сходили – и вся любовь. Он же не мужик – пустое место. Однажды на ноябрьские снег выпал и тут же, естественно, растаял, так ты бы видела, как он эти лужи обходил! – она вдруг вскочила с дивана, вышла на середину комнаты, нахмурила лоб, вытянула по-гусиному шею и, подтянув вверх воображаемую штанину, потрусила на цыпочках от серванта к закрытой двери, за которой спал Илюшка. Это выглядело так комично и нелепо, что Тоня, не выдержав, расхохоталась. Тетка плюхнулась рядом на стул. – Я с ним как-то весной случайно в универмаге нашем столкнулась. О, -- говорю, -- привет! Ты что здесь делаешь в рабочее время? А он мне важно так: тружусь тут. Серьезно? – спрашиваю. -- Кем же? -- Заведующим, -- отвечает. И приглашает в свой кабинет, дескать, глянь, дура, какого мужика упустила, жила бы сейчас, как королева.

— А ты?

— Что я?

— Пошла?

— Да на кой лях он мне сдался? Я, конечно, и сама уже ягодка залежалая, но он, вообще, никуда не годится: жирный, лысый и изо рта воняет. Нет уж, я лучше в очередях за колготками буду давиться, чем быть при таком «короле», -- тетя Роза, которая раньше всегда отличалась сдержанностью, даже строгостью, все больше удивляла племянницу. Она вела себя, как легкомысленная девчонка, уверенная в своем обаянии и довольная отсутствием старших.

— Теть Роз, -- осенило вдруг Тоню, -- ты влюбилась?

— Послушай, Антонина, давай договоримся: не зови меня больше этим дурацким «теть». Тети на базаре пирожками торгуют, а я для тебя – самый преданный друг и единственная родня, очень любящая, между прочим.

— Точно влюбилась!

— У нас в роду, вроде, цыганок не было. В кого ты такая?

— Наверно, в тебя, милая моя Розочка.

— А что, очень заметно? – выдала себя наивным вопросом тетка.

— А что, -- поддразнила племянница, -- не смотришься в зеркало?

— Ладно, об этом после, не обо мне сейчас речь. Сама-то что собираешься делать?

— Ждать Сашу.

— Ждать да догонять – хуже нет. Это даже ребенку известно. Надо чем-то заняться.

— Без прописки кто ж меня возьмет на работу?

— Значит, будем решать проблему прописки. У меня паспортистка знакомая, попробуем через нее хотя бы временную сделать. Ты родилась в этом городе, жила. Муж – военный летчик, в Афганистане служит, почти герой – должны разрешить. А заартачатся – на лапу дадим. Завтра пойдем в магазин, приемник купим. У меня только радио да телевизор.