Книга Должники, страница 138 – Татьяна Лунина

хорошо с ними. С двумя песчинками из миллиардов других, наверное, не хуже, не лучше -- таких же. Она выпила праздничное вино до последней капли.

— Олег Антонович, можно я скажу?

— Конечно, Тонечка. Через пару минут, хорошо? – Боровик протянул ей маленький золотистый пакет. – Это тебе, надеюсь, что не ошибся. А это, крестник, для тебя. Не могу сказать, что буду тобой гордиться, потому что уже горжусь. Ты – молодец, уважаю!

Илья выудил из темно-синего пакета дубовую полированную коробку и вопросительно посмотрел на дарителя. Тот невозмутимо молчал. Младший Аренов прикоснулся к гладкому шелковистому дереву, крышка открылась.

— Часы! -- восторженно ахнул курсант. И с сожалением добавил. -- Олег Антонович, я не смогу это носить.

— Почему?

— Ребята засмеют, командование не одобрит. Подумают, хвастаюсь.

— Илья, последнее дело для мужика -- оглядываться на чужое мнение. У каждого из нас есть свой внутренний голос, и только его мы обязаны слушать. Этот голос называется совестью. Самое главное – быть в ладу с ней. А иначе ты не мужчина -- слабак, не способный ничего добиться, не защитить никого, ничего стоящего после себя не оставить. Ведомый, который никогда не станет ведущим. Ты таким хочешь быть?

— Нет.

— Тогда надевай это и носи.

— А если сопрут?

— Наплюй и забудь. Заработаешь на другие, -- Олег Антонович улыбнулся Тоне. – Что притихла? Не хочешь посмотреть мой подарок?

— Хочу, -- она достала из пакета бархатный мешочек, стянутый веревочками верх делал его похожим на миниатюрную копию мешка Деда Мороза. В мешочке оказался черный футляр, в каких дарят ювелирные украшения. Антонина нажала чуть заметный выступ. На белом атласе засверкало кольцо. Две жемчужины, черная с белой, на золотой ажурной ветке в алмазной росе. Она застыла, как в столбняке.

— Что такое? Не нравится?

— Не в этом дело, -- точно завороженная, уставилась на жемчужную пару среди алмазов. В памяти всплыли слова: «…в жизни белое всегда рядом с черным, как добро и зло, как день с ночью». – Извините, Олег Антонович, я это принять не могу, -- защелкнула футляр и отставила в сторону.

— Объяснишь, почему?

Илья внимательно смотрел на мать, такого выражения лица ему видеть не приходилось.

— Я должна вам дать ответ на вчерашнее предложение, помните?

— Конечно.

— Я уже замужем, Олег Антонович. И абсолютно уверена, что мой муж жив. Поэтому принять ваше предложение не могу, извините.

— Не извиняйся. Все?

— Это кольцо…Вы не поверите, но ваше кольцо – точная копия броши, которая мне досталась от мамы. Тетя Роза подарила ее на свадьбу.

Боровик посерел лицом и опустился на стул.

— Можешь показать?

— Олег Антонович, что с вами? – бросилась к нему Тоня. – Вам плохо?

— Мам, может, «скорую» вызвать?

— Никакой «скорой», -- выдавил Боровик. – Я в порядке. Где твоя брошка?

— Дома. Но там же ремонт, я даже не знаю, куда они ее дели.

— Позови Светлану.

— Сейчас, -- она кинулась на поиски, но не сделала и нескольких шагов, как наткнулась на домоправительницу, опрыскивающую в холле фикус. – Света, вас Олег Антонович зовет. Только, пожалуйста, если можно, быстрее.

— Господи, что случилось?

— Не знаю. Но, по-моему, ему плохо.

Светлана поспешила в столовую, на ходу сдергивая фартук.

— Что я должна сделать, Олег Антонович?