Онлайн книга «Должники»
|
Смысл настоящему придавали сын и работа. Хотя трудно назвать работой эмоции, с какими Воскресенская выходила на сцену. Илья вырос, взяв от отца не только фамилию, но и страсть к небу. Короткое увлечение актерством у подростка быстро прошло, не зацепив ни звездностью, ни талантом, ни желанием постоянно выдавать чужую жизнь за свою. Илья подружился с одноклассником, чей отец был пилотом Аэрофлота. Ребят сблизили профессия отцов, школьная парта, делимая на двоих, и непомерный интерес к любому механизму с мотором, способному двигаться по земле или в воздухе. Увлечение небом и техникой привело одного из друзей в МАИ , другого – в военное училище, одно из немногих, оставшихся в усеченной стране. Когда после выпускного вечера Илья заявил о решении стать летчиком, как отец, Тоня согласно кивнула, молча вышла из комнаты, поплакала в ванной, наглоталась сердечных капель, умылась, вернулась и с улыбкой сказала. — Не мне тебя отговаривать, сын. Езжай, конечно. Сейчас многие стремятся в экономику и торговлю, а ты рвешься небо над Родиной охранять. Я, сынок, буду тобой гордиться и ждать. На какое число билет покупать? С того разговора прошло три года, за это время мать с сыном виделись трижды. Однако на судьбу Антонина не жаловалась – терпеливо ждала. Теперь уже не одного, а двоих. Да она и не считала себя одиночкой, у кого единственный собеседник – стены. Одиночеству не позволяла войти в ее жизнь Валерия – чуткая, искренняя, бескорыстная, способная с радостью принимать и чужой успех, и чужую проблему. Не подруга – сестра, близкий, родной человек. Троицкая второй раз рискнула примерить на себя статус жены. Когда она впервые озвучила имя избранника, Тоня не удивилась. И слепой бы сразу заметил, что Степан с Лерой давно любят друг друга, а подтрунивание и дружеские насмешки – это всего лишь ширма, за которой эти двое зачем-то старались укрыть свои чувства. Свадьбы не было. Расписались в неприметном районном ЗАГСе, тайком, под вечер, когда переженились все женихи и невесты. Заведующая, желая сказать что-нибудь приятное любимой актрисе, напоследок выдала новобрачным. — Вы такая интересная пара! Приходите к нам еще, -- вот уже девять лет «пару» веселит эта фраза. За дверью услышала, как звонит телефон на столе. Возвращаться – плохая примета, но звонивший не думал сдаваться. Звонки настойчиво пробивали дверь, призывая к общению. Поколебавшись, Тоня недовольно снова вставила ключ в замочную скважину. Сняла трубку, услышала длинный гудок. Досадливо чертыхнувшись, вернулась к двери. И уже в коридоре опять услышала за спиной звонки. На этот раз у нее даже не возникло сомнений, что возвращаться не стоит. Напротив, она ускорила шаг, словно хотела быстрее освободиться от раздражающих звуковых сигналов. …Над набережной навис вечерний туман. За десять лет жизни в столице Антонина столкнулась с этим впервые. Москва не Лондон. Здесь утренние туманы случаются редко, а вечерние скорее увидишь во сне, чем на улицах. Но сейчас она не спала, удивленно озиралась по сторонам. Водяная дымка затемнила уличные фонари, дома, светофоры, прохожих. Водители скорее ориентировались на клаксоны, чем на фары, едва пробивающие светом туманную мглу. Было сыро, прохладно. Висячая муть вызывала неосознанную тревогу, недоверие к окружавшему миру. Уподобляться беднягам, которые сейчас черепахами ползли по дорогам, вцепившись в руль и старательно таращась перед собой в лобовое стекло, совсем не хотелось. Тоня решила спуститься в метро. Не так комфортно, как в своей машине, но надежно вполне. А от метро до дома пару автобусных остановок можно и пешочком пройти. В сумке, перекинутой через плечо, зазвонил сотовый телефон, подаренный Степаном в день рождения. Тоня подозревала, что муж подруги подарок только вручил, в поисках же хорошей, надежной модели, не жалея времени, носилась по магазинам, конечно, Лера. Антонина остановилась у перехода, под светофором, тускло мерцавшим красным. |