Книга Должники, страница 114 – Татьяна Лунина

— Вдруг ему понравиться сниматься?

— И слава Богу! Тысячи мамаш мечтают о подобном шансе.

— Тысячи – не я.

— Это уж точно, -- вздохнула Валерия. – Расслабься, никто не собирается эксплуатировать твоего ребенка или лепить из него кинозвезду. Это просто игра, увлекательное приключение, которое запомнится мальчику на всю жизнь. Ни мне, ни даже тебе, матери, не дано предугадать будущее Ильи. Но я точно знаю, что встреча с интересными, талантливыми, одержимыми своим делом людьми -- это лучший подарок, каким в детстве может одарить человека судьба.

«Для моего сына лучшим подарком стала бы встреча с отцом», -- подумала Тоня, но промолчала. Нет смысла говорить о том, что и без слов понятно.

— Возможно, ты права. Наверное, я просто здесь одичала и…

— И забыла, что жизнь не кончается за деревенской калиткой. Я, кстати, хотела с тобой об этом поговорить, но не сейчас... Илья, конечно, тебе уже доложил, что завтра у него первый съемочный день и в шесть утра он должен быть на площадке?

— Да, -- улыбнулась Тоня.

— В таком случае, пожелай сейчас нашему юному дебютанту спокойной ночи и спускайся ко мне. Познакомлю тебя с моим старым другом. Мы сегодня случайно столкнулись с ним нос к носу у школы. Забавно, но я начинаю думать, что здесь не станица, а Вавилон, где можно встретить любого.

— Ты уверена, что вам не лучше побыть вдвоем?

— Абсолютно! У меня не так много друзей, чтобы распихивать их по разным углам. Поэтому придется тебе, солнце мое, подчиниться.

…Внизу озабоченно сновала хозяйка. Накрытый клетчатой скатертью стол был заставлен закусками: соленые огурцы с помидорами, квашеная капуста, присыпанная тонкими кольцами лука, крупно нарезанный хлеб, сыр, домашние пирожки, каждый с ладонь. Из кухни тянуло аппетитным запахом жареной курицы.

— Ой, Тонечка, -- радостно всплеснула руками Елена Алексеевна, -- здравствуй, моя дорогая! Я уж и забыла, как ты выглядишь.

— Добрый вечер, Елена Алексеевна!  Вам помочь?

— Подожди секундочку, -- Громодянская бросила взгляд на наручные часы, робко постучалась к жиличке, приоткрыла дверь, сунулась нерешительно в щель. – Лерочка, восемь часов, сорок пять минут. У меня все готово. Курицу ставить на стол?

— Спасибо, не надо. Мы сами. И вообще, вам больше не о чем беспокоиться. Спокойной ночи!

— Доброй ночи, Лерочка! Если что, зовите. Я спать не буду.

— А вот это как раз совершенно напрасно. Женщина должна высыпаться, иначе появляются морщины и мешки под глазами. Вы лучше плотнее прикройте дверь, чтобы мы не мешали вам отдыхать.

— Да-да, конечно, не волнуйтесь, пожалуйста. У меня со сном проблем нет, засыпаю, как только голова коснется подушки.

— Вот и славно! Приятных сновидений, моя дорогая. И передайте Тоне, что я ее жду.

— Спасибо! Обязательно, -- Елена Алексеевна подтолкнула Антонину вперед и шепнула. – Слышала? Она тебя ждет. Иди.

Валерия крутилась перед зеркалом с головной щеткой в руке и шпильками во рту.

— Антоша, как лучше: поднять волосы или распустить?

— Тебе всякая прическа к лицу, ты же у нас красавица. Слушай, Лер, не слишком ли ты муштруешь Елену Алексеевну? Все-таки директор школы, уважаемый человек. По возрасту старше.

— Уважаемый человек?! Да у нее из каждой поры сочится притворство! Лицемерка и лгунья, каких поискать. Должен же кто-то…, -- прервала фразу и прислушалась, -- кажется, стучат в окно, слышишь?