Книга Без права на эмоции, страница 46 – Наталья Барикова

— Я его в детдоме одном нашла, где подруга твоей Галины заведующей работает. Она многое мне рассказала о последних днях твоей любимой женщины. То, как она жалела о том, что испугалась и бросила тебя, то, как умирая бредила и просила прощения у тебя, то, как просила подругу, чтобы она познакомила тебя с сыном, − проговорила я и умолкла, поскольку решила дать мужчине пару минут для того, чтобы прийти в себя.

Туз сидел и смотрел на меня, словно я произносила ему сейчас какую-то спасительную речь. Его длинные ресницы едва уловимо подрагивали, глаза потемнели, а длинные красивые пальцы были так сильно сжаты в замок, что от напряжения побелели костяшки.

— У тебя прекрасный сын, − продолжила я. – Он воспитанный, добрый, умный. И он очень на тебя похож. Он прекрасно рисует. Даже кота мне уже успел на пол стены вырисовать в квартире.

— У тебя на стене? – не понимающим тоном спросил мужчина.

— Да, я вчера вечером забрала его к себе из детдома. С отцом познакомила. Вот собственно к чему я все это и говорю. Отец предложил мне пока оставить мальчика у себя. Чтобы не возвращать его обратно в детдом. Там сам понимаешь. Чего мне тебе говорить. А так он поживет у меня, пока решится вопрос с тобой. Если ты не против, конечно, − осторожно сказала я, наблюдая за реакцией мужчины.

Туз нахмурился и спустя минуту молчания спросил:

— А тебе-то это зачем? И твоему отцу.

— Мне – просто хочется тебе помочь. Отцу – он всегда хотел сына, но родилась дочь и больше детей у него не было. Возможно, помогая Мишке он таким образом восполняет в себе то, чего его душа так желала всю жизнь. Отец у меня очень хороший, правда. Он поможет поставить мальчика на ноги. Даже если и спустя время ты заберешь его к себе.

— Заберу, − горько усмехнувшись проговорил Туз, подняв тоскливый взгляд на крону берез. – Куда я его заберу? У меня такое прошлое, что детдом для Мишки – самый что ни на есть дом на сегодняшний день. Да и будущее у меня еще не пойми какое. Отсидки еще полтора года. А там что далее будет. Отойти от всего не так просто, как кажется. Это же клеймо на всю жизнь. Криминальный авторитет из семьи репрессированных. Нужен ли такой отец ребенку? Вряд ли.

— И об этом мой отец подумал. Он поговорит с тобой сегодня после встречи с Мишей, предложение сделает одно. Если ты согласишься и все пройдет хорошо, то твою автобиографию очистят, и ты сможешь двигаться дальше уже без того груза, который на тебе висит. Дело правда очень и очень опасное будет для всех нас, − закончила тихим голосом я.

Туз наблюдал за мной все это время и затем сказал:

— Кто ты, Оля?

— Не поняла, − удивленно ответила я.

— Кто ты, девушка, сидящая передо мной и говорящая такие слова, от которых во мне, человеке, который не верит уже ни во что светлое, просыпается эта самая вера. Кто ты, Оля?

— Туз, ты чего?! – недоуменно сказала я и отвела взгляд под его пронзительным взором, не сумев выдержать тех чувств, которыми он был пропитан. – Мне не по себе, когда ты так говоришь.

— Это мне сейчас не по себе, что есть такие люди еще на земле, готовые рассмотреть даже в таком, как я, нечто хорошее и дать шанс.

— Ну ты ведь и не такой ужасный человек, каким хочешь казаться, ведь так, Игорь? − сказала я и впервые за все время назвала его по имени. – Ты умный, образованный, справедливый, тебя таким знают в кругах твоих братков. Не зря ведь только твоя банда пошла на сотрудничество, ведь так? Ты ведь себе не выбирал отморозков полнейших, подле тебя относительно нормальные люди, пусть и с криминальной подноготной. Убийствами вы не занимаетесь, на вас нет ни одного мокрого дела. Как, правда, вам удается такое, я не совсем понимаю. Ведь держаться на плаву столько времени в такой среде это, мягко говоря, нелегко. Я читала твое дело, отец мне принес специально, чтобы я имела представление о том, кто отец Мишки.