Книга Добрая фея короля Карла, страница 70 – Владимир Москалев

Графиня невозмутимо ждала новых возражений.

— Но простит ли вас король? – в свою очередь, взял под сомнение такое развитие сюжета прево. – Насколько помнится, он приказал вам удалиться в свой замок.

— С тех пор минули годы, за это время он успел забыть о жалобе супруги дофина. Я постараюсь напомнить ему о былом увлечении, которому он отдавался с самозабвением, когда был в меня влюблен, как Антоний в Клеопатру.

— Но он ваш враг, вы терпеть его не можете! Как удастся вам переступить этот порог ненависти? Какое надо иметь мужество и холодное сердце! Кто или, быть может, что даст вам силы вынести такое испытание?

— В этом деле своей избраннице поможет сам Господь Бог! – очертил в воздухе крест аббат. – Догадываюсь, на волю и помощь Всевышнего уповаете вы, дочь моя.

— Не забывайте о союзнике – о том, кто обязывает меня пойти на этот шаг, который потомки, быть может, назовут мудрым. Шаг этот будет сделан мною во славу отечества! Франция – вот этот союзник, и ради нее я готова поступиться своей честью, пав у ног врага и вымаливая у него прежнюю любовь.

— Кто желает съесть орех, должен сначала разбить скорлупу, – изрек Дорман.

— Черт возьми! – пробормотал маршал. – И вы полагаете, дело выгорит?

— Есть ли мужчина, что устоит против бездны средств обольщения, имеющихся в арсенале каждой дочери Евы? Против ее медоточивых речей? Известно, лесть женщины не имеет зубов, но пожирает мужчину вместе с костями.

— Вероятно, вы правы, мадам, но вот еще вопрос: как вам удастся?.. Ведь вы, как представляется, хотите дать жертве яд, а не убить ударом кинжала.

— Именно, маршал! И это будет такой яд, о каком вы даже не помышляли.

— Пусть так, но, святая пятница, как вызволить из тюрьмы Людовика? Точнее, как устроить его побег? Да и согласится ли он, нарушив тем самым долг чести рыцаря?

— Людовик не так глуп, как его отец. Устроим ему свидание с женой: пусть упросит своего тюремщика отпустить его в один из праздников поклониться Богоматери в Булони. Об этом передадите ему на словах вы, аббат, проникнув в камеру в качестве исповедника; вам же надлежит воздействовать на графа Булонского, если он заупрямится. Но не думаю: он не посмеет отказать узнику в такой просьбе, это будет не по-христиански, к тому же он сам недавно женился и понимает, что такое долгая разлука. Людовик, разумеется, даст слово, что не убежит, и все же он поедет в Булонь под охраной. Отбить его – значит нарушить мирный договор, а это чревато возобновлением военных действий. И здесь ставка делается на его жену Марию. В Булони они встретятся, ну а дальше… Поразмыслим над этим позднее. Нужны будут люди, маршал. – Тот кивнул. – Ну а долг чести… Супруга заставит его забыть об этом. Ей, как и мне, предстоит пустить в ход чары любви, которыми природа наделила женщину, желающую ввести в искушение мужчину, к тому же собственного супруга. Думаю, она не станет возражать: постель уже много месяцев не греет ее. В противном случае придется либо припугнуть ее известием, что супруг вовсе не скучал вдали от нее, либо купить.

— И все же он может воспротивиться. Как быть тогда?

Графиня бросила на де Вьенна недвусмысленный взгляд:

— Не родился еще потомок Адама, не мечтающий залезть под юбку женщины, тем более жены, с которой на долгое время был разлучен. Упав в бездну греха, мужчина уже не выберется оттуда.