Книга Добрая фея короля Карла, страница 14 – Владимир Москалев

Нежность мгновенно обратилась в ненависть. Эльза с ужасом глядела на страшный стебелек и листик, который она и вправду собиралась растереть в кашицу.

— А если понюхать? – вся замерев, спросила она.

— Легко – обойдется; глубоко вдыхать станешь, затянув время, – прекращается дыхание, и в скором времени – нет человека.

— Значит, если дать испить такого отвара, то…

— Вначале следует подсластить: настой горчит. Потом – мгновение, не больше. Так убивали королей – тех, кто мешал.

— Святая Дева Мария! А… ведь ты говорила о противоядии. Оно, наверное, тоже растет?

— Но не здесь. Я покажу тебе и научу, как им пользоваться, если по ошибке примешь друга за врага.

И, засмеявшись, старуха зашагала вперед. Вскоре она остановилась: тропинку пересекал ручеек с кристальной водой. Она текла под уклон и исчезала с глаз, прячась в кустах меж павшей хвои, веток и листьев. Сам родник находился в нескольких шагах: два фонтанчика били из-под земли, вихря вокруг себя хоровод мелкого песка. По краям крошечного бассейна кустилась изумрудная трава. Эльза опустилась на корточки, зачерпнула в ладони ледяной воды. Отпив не спеша, восхищенно цокнула языком:

— Слаще, кажется, в жизни не пила.

— Природа щедра. Умей любить ее, понимать, и она не даст умереть ни от голода, ни от жажды. Завтра сходим сюда еще раз, я покажу тебе, как носить ведра на плече, а за поясом – черпак.

— Я видела с набережной, у Шатле. Женщины цепляли ведра на коромысло.

— Вот и хорошо. Но пойдем все же вдвоем: можешь ненароком наступить на змею. Среди них есть безобидные, другие с ядом. Увидишь ту, эту ли – не останавливайся, шагай мимо. Чуть сделаешь неверное движение – и тотчас бросок.

— И тогда?..

— Можно умереть, если не знаешь, как поступить.

— А ты знаешь?

— Едва ли не треть жизни я живу в лесу.

Они отправились обратно. Обернувшись, Урсула проговорила, кивая на землю:

— Чаще гляди под ноги.

— Это я уже поняла.

— Я о травах. Они полезны, можно и нужно даже ходить босиком, но ненароком можешь наступить на ведьмин язык и его сородичей. Будет ломить тело, болеть голова, ляжешь в постель. А пуще бойся незнакомых ягод. Я покажу тебе кусты. Медведь любит лакомиться ими, они его лечат, он знает об этом. Для человека эти ягоды – смерть.

Эльза, не отрывая взгляда от тропы, шла следом. Наставления по пути продолжались:

— Кроме того, есть еще убийцы – с виду безобидные цветы. Одни вызывают рвоту и пену изо рта – так можно указать на бесноватую, которую немедленно потащат на костер. Другие замедляют дыхание, человек перестает двигаться, потом теряет сознание. Но все в конечном счете зависит от дозы яда. Жертва может прожить еще три – пять часов или несколько дней.

Эльзу передернуло. Потом она с уважением поглядела на спутницу. И в самом деле, есть ли кто умнее этой отшельницы? Знает ли хоть один человек на свете то, что известно ей? Ни дать ни взять – кудесница из далекой восточной страны, о которой пишут в сказках. Кого еще напоминала таинственная жительница леса, с кем хотелось ее сравнить? С повелительницей фей из легенды о Лермонте или с зеленой волшебницей Нимуэ; с золотоглазой Вивианой или дочерью самого Мерлина, доброго чародея? И что-то похожее на благоговение перед старой женщиной, неспешно шагавшей впереди, стало зарождаться в душе изгнанницы, в один миг вдруг решившей для себя, что вернее и милее спутника жизни ей не найти.