Книга Высматривая путь. Том I, страница 6 – John Lemon

— Иду-иду! — отозвалась та.

Если небо и впрямь затягивает тучами, то нужно успеть за несколько часов прополоть всю омелу и собрать чистотел. Иначе дождь загубит все ростки, а молодняк можно продать подороже, чем полноценно отцветшее растение. Как она успела узнать у низушка: не для всех растений одинаково полезен дождь. Некоторые все же стоит поливать специальным раствором, а при любом подозрении на непогоду — прикрывать тряпицей или же вовсе собирать урожай. Привычно завернув за пояс край подола, девушка торопливо всунула ноги в разношенные рабочие ботинки и поспешила в сад.

* * *

Путник медленно гнал коня по узенькой проселочной дорожке. Время близилось к полудню, а солнечный свет уже с трудом проникал сквозь набежавшие тучи. Стоит поспешить и добраться до ближайшего селения, и, если верить указателю, так удачно установленному на развилке подле деревни Стежки, то до ближайшего жилого поселения примерно тридцать верст. Если не сильно загонять коня, то добраться можно примерно за три часа тихой рысью. Подняв голову и сощурившись, он оценил обстановку с погодой и вернулся к созерцанию маячившего впереди пейзажа.

— Должен успеть, — тихо пробормотал мужчина, а после устало обвел расфокусированным взглядом горизонт.

Пейзаж же был совершено незамысловатый. Да и что на большаке можно увидеть? Степь, поля да леса. Порой, конечно, дорога сворачивала в особо живописные места, но случалось это настолько редко, что можно было на пальцах одной руки пересчитать.

Мужчина громко зевнул; с присущей ему самоотверженностью он боролся с подступающим сном. Конь шел не быстро и не медленно. Мерные покачивания из стороны в сторону только сильнее убаюкивали, а солнце, как назло, приятно грело макушку и плечи даже сквозь плотную ткань куртки.

Животное добродушно зафырчало, чем заслужило небольшое зеленое яблоко, выуженное из седельной сумки.

— Ничего, друг, скоро отдохнем, — ободряюще похлопав коня по массивной черной шее, путник вернулся в привычное положение и легонько стукнул того пятками по бокам.

Отдых и впрямь не повредил бы, учитывая, что в пути они находились уже вторые сутки. Без нормальной еды, без крепкого сна и без крыши над головой. Та ночь, проведенная на сеновале, к сожалению, в компании коня, а не миловидной девушки, за полноценный отдых могла сойти с трудом. Дорога с севера была непростой, пусть, по сути, они забирались на север все дальше: Велен, после — Оксенфурт и Новиград. В любом случае теперь, учитывая военное положение, чуть ли не в каждом селении была работа для ведьмака.

Трупоеды, приманиваемые запахом разлагающихся тел, которые, увы, не удавалось полноценно собирать и сжигать, все ближе подбирались к заселенным участкам. Одичавшие собаки терроризировали многие ветвленья дорог, стоило лишь чуть углубиться в лес. На погостах все чаще селились кладбищенские бабы, а кметы, хватаясь за головы, строчили заказы и завешивали ими доски объявлений. И все же хорошо, что не все были обучены грамоте так, как полагается. А то зная этих мнительных и суеверных деревенщин…

Собственно говоря, заработать лишнюю крону не было плохим делом, учитывая к тому же невысокую сложность работы. Поистине, интересные и сложные случаи, требующие особой подготовки, встречались крайне редко, а оплачивались они щедро. Но на безрыбье и рак — рыба. Принципы принципами, а кушать хочется всегда. Да и рубаха имеет свойство рваться, так же, как и меч приходить в негодность. Даже такой хороший и уникальный как ведьмачий. Так что две такие вот кладбищенские бабы могли обеспечить несколько ночей приятного сна в кровати и под крышей, горячую еду и теплую ванну. А если докинуть десяток-другой гулей и, на худой конец, утопцев, то и провизии немного можно было закупить, меч подточить у кузнеца и приобрести чего любопытного у местного травника. А там добраться до Оксенфурта или Новиграда, и удача уж наверняка преподнесёт заказец на какого-нибудь вампира, желательно высшего, ну или на худой конец волколака, а может быть, если повезет, то и полуденниц, которых кметы до жути боялись, а оттого и докинуть чего не гнушались к установленной стоимости.