Книга Высматривая путь. Том I, страница 37 – John Lemon

Но, увы, не полный кошель встречал Эскеля и не радостные чумазые лица кметов, а три громилы с вилами наперевес, тычущие ими ему аккурат в грудь.

— А ну меч бросай, выродок, — пробасил один из них. — Ишь, чего удумал. Крестьян честных обокрасть решил?

— Меч я не брошу и свою работу я выполнил, — он провел взглядом по присутствующим, выискав скукоженного мужика, что заказ ему дал. — С тебя тридцать крон за гулей и двадцать за гравейра.

— Гра-… что? — переспросил тот, но его заслонили громилы.

— Меч бросай, говорю, и не выкабенивайся тут.

Ведьмак оценил ситуацию еще раз и нахмурился. Он и взмахнуть мечом не успеет — его возьмут количеством. А перерезать селянам горло будет очень дурным поступком для его репутации. Нужно было пораскинуть мозгами и выйти из ситуации как можно чище.

— Разойдемся полюбовно? Отдавайте мне мои деньги, и я тотчас же покину деревню, — попытался сгладить углы Эскель. Но мужичье было настроено решительно.

— Может, просто отпустим его, а? — подал голос второй.

— Ага. Щас. Мы его отпустим, а он нас поубивает. Так дела не делаются. Бросай меч, последний раз говорю!

Ведьмак выдохнул и втянул воздух полной грудью. Нужно было успокоиться и выждать удобный момент, чтобы раскидать местных Аардом, броситься бегом в сторону дороги и позвать Василька. Благо тот уже запряжен и не привязан. Как знал же, что лучше дать ему побродить.

— Бросай! — завопил третий мужик и, видимо, не выдержав нависшего напряжения, бросился колоть Эскеля вилами.

Но тот сработал быстро. Невидимая волна отбросила нерадивое мужичье в стороны и пока те пытались понять, что произошло, начав кричать что-то о колдунстве и поясницах, ведьмак бросился в сторону выезда из Яворника. Свистел он громко, как в последний раз. А когда услышал знакомое ржание и едва различимый топот копыт, то на душе стало гораздо легче. Он свистел и бежал ровно до тех пор, пока не перестал ощущать запах мужицкого пота и навоза. Топот копыт стал громче, а за спиной узнаваемо зафырчали. Эскель остановился, быстро затолкал меч в ножны и, одним прыжком взобравшись в седло, галопом погнал Василька по дороге вдаль от Яворника.

Комментарий к Часть 6. Тщеславие и жадность

Бечено

Спина ныла нещадно. Ноги уже начали затекать, а про зад и говорить не стоило. Он онемел еще под замком Драхим. Куртка, испачканная засохшей кровью, покоилась за седлом, разложенная на широком крупе коня. Мечи, прочно прикрепленные ремнями к седлу, тихо позвякивали, а две уже наполовину пустые седельные сумки слабенько потряхивало. Да и Эскеля уже потряхивало от такого длительного пути. Но Васильку следовало отдать должное — он был вынослив, темпа почти не сбавлял и лишь тихо ржал, когда внезапно хотелось яблочка или кусок моркови.

Ведьмак, все еще стараясь уверенно держать спину, непрерывно писал небольшим угольком в раскрытой книге. Книгу эту он купил давно у торговца всякими рукописями в Понт Ванисе в середине прошлого лета. Так, для записей всяких полезных, ну и для рисунков незамысловатых, чтобы в случае чего было проще сориентироваться на местности, когда заплутает. На большаке ведь все было похожим друг на друга в любое время года.

Вчера ночью он пересек пограничный пост без происшествий. Волки только выли где-то в лесу, но тогда понадобилось лишь ускорить шаг и успокоить коня Аксием. Если все будет так же благополучно, то к концу дня можно будет заночевать в Карстене или на хуторе. Смотря как повезет. С того случая в Яворнике Эскель нигде не останавливался. Да и останавливаться, признаться, негде было. Везде поля да леса. А все селения, что были поблизости, приходилось проезжать, чтобы не сойти случаем с дороги. Иначе заблудиться можно на раз-два.