Книга Высматривая путь. Том I, страница 127 – John Lemon

Комментарий к Часть 20. Вольный город Новиград

Бечено

Вернулись в корчму после полудня в приподнятом настроении. В сумках позвякивали кроны, куртку починили на совесть, а голову кружило легкое опьянение от хорошего вина. Сытость приятно расслабляла и согревала тело. Дера заливисто хохотала, то и дело вспоминая про беззубого низушка, а Эскель лишь сдержанно хмыкал, но улыбку сдерживать не получалось.

Водрузив на плечи седельные сумки, он уже по привычке пошел вместе с Фредерикой в комнату. Хотелось удостовериться, что она доберется без приключений, а еще оставлять без присмотра деньги — плохая идея. Когда оказались на месте, ведьмак принял решение спуститься вниз и поискать того выжившего бедолагу. Лучше взяться за работу пораньше, а то в сон уже начинало клонить. Травница же осталась в комнате бороться с многочисленными пуговицами на дублете. Отчего-то до жути хотелось его снять и походить в рубахе.

Краснолюд нашелся быстро. Сидел себе у двери на табурете и покуривал трубку. Но, судя по его осоловелому взгляду, поддал самогону он изрядно.

— О-о-о, — протянул он, как только заприметил ведьмака, — ебнешь со мной чарочку за упокой моих товарищей? Так ведь их, сука, раскатало… а я ведь даже и не понял, что это было.

— Не сегодня, — Эскель скрестил на груди руки. — Говорил я с вашим работодателем Хотчем. Он меня нанял, чтобы разобраться с вашей бестией лесной.

— Батюшки, — фыркнул краснолюд, и сплюнул в сторону. — Сколько мы этому херу ушастому талдычили, что лихо там лесное. Боязно ходить. Не возвращается оттудова никто. А он уперся…

— Ну так что за бестия? Рассказывай, может, видел чего? — внезапно захотелось зевнуть, но ведьмак сдержался. Почесал только нос пальцами.

— Значит, вот какое дело, мастер, — пригладил ладонью усы краснолюд. — Возвращаемся мы из лесу. Дровами нагруженные, как старые мерины. А тут что-то, сука, как завоет. Мы и обосрались. Руки в ноги, а у телеги возьми и колесо заклинь. Магнус мне крикнул, чтобы я бежал за арбалетами в хату. Ну так я и побежал.

Внезапно краснолюд замолчал. А когда выдержал паузу, то вспомнил, что в руке трубка. Поднес к губам мундштук, причмокнул и впустил в воздух облако дыма.

— Возвращаюсь я, значит, в лес, мастер. А там, сука, мясорубка как есть. Я даже не понял, кто где лежит.

— Это все? Ничего не видел странного? — предположил Эскель.

Краснолюд вздохнул и призадумался. Пожевал мундштук, а как опомнился, продолжил:

— Видел я в чаще тень странную, — он нахмурился.

— Что за тень?

— Рогатая такая и высоченная. Подумал, может, умом уже тронулся от увиденного-то. Но тень возьми и растворись в воздухе. Как, сука, дым. И воронье как разоралось, что я аж уши руками прикрыл. Боязно стало.

— Перебитые лесорубы, вой, воронье и рогатая тень, — ведьмак почесал рукой правую щеку, призадумавшись. — Может, еще что помнишь?

— Помню, как в хату забежал, то затрещало так, что я аж портки обосрал. Думал, деревья кто валит голыми руками, — он снова сплюнул.

— Коль не напутал ты ничего, то по всему выходит, что у вас тут леший завелся.

— Леший?! — взбеленился краснолюд.

— Да. А значит, я мало запросил. За лешего я меньше чем пять сотен не беру, — цокнул языком ведьмак, понимая, что не стоит обговаривать цену до того, как удастся выяснить, что за бестия.