Книга Смотритель, страница 14 – Рон Рэш

— Думаю, отчасти так и есть.

Они еще несколько секунд смотрели на пашню. Блэкберну вспомнилось другое поле: он стоял там на краю, истекая потом, и не мог заставить ноги работать, а горло сдавило так, что не получалось позвать на помощь.

— Мне пора ехать, – сказал он.

— Задержись еще ненадолго, – предложил мистер Кларк.

— Путь неблизкий, а погоду обещают плохую, – покачал головой Блэкберн и пошел к крыльцу, на котором ждала Наоми.

— Жаль, что ты не можешь побыть с нами еще немного, – сказала она ему. – У нас почти не было времени поговорить.

— Я приеду через месяц тебя навестить, – пообещал он и глянул на небо. – Почему бы тебе не поехать к сестре прямо сейчас? Если начнутся снегопады…

— Да ничего страшного, – возразила Наоми.

— Я буду беспокоиться, – сказал Блэкберн. – Если понадобится, я тебя отвезу.

— Нет. Папа может меня отвезти.

— Но ты поедешь?

— Да, – кивнула Наоми. – Только сначала нужно собрать сумку.

Никогда прежде Наоми его не обнимала, но сейчас обняла, и Блэкберн почувствовал, как ее живот прижимается к нему.

— Спасибо тебе, Блэкберн. Спасибо за все. Ты чудесный. Мы с Джейкобом любим тебя, и ребенок тоже полюбит.

По пути обратно в Северную Каролину Блэкберн думал о Билли Раньоне. Все началось в шестом классе: травля со стороны Билли, обидные клички, подножки, толчки. Билли был не крупнее Блэкберна, просто злее, и возле него всегда болтались приятели вроде Троя Уильямсона. После того класса Блэкберн понадобился родителям для работы на ферме. Это было благом, но временами ему все равно приходилось сталкиваться с Билли в городе. Если рядом не было взрослых, тот всегда дразнился, а иногда и позволял себе ткнуть Блэкберна кулаком. Но потом Билли перестал расти, а Блэкберн продолжил, к тому же работа на ферме развивала мускулатуру куда лучше, чем заправка машин и мытье лобовых стекол. Билли стал держаться на почтительном расстоянии, словно Блэкберн был цепным псом, постаревшим, но все еще способным укусить.

Но в ночь Хеллоуина два года назад Блэкберн услышал подъезжающую к дому машину, свет фар которой уткнулся в стену. «Выходи, Блэкберн! Девчонки хотят на тебя посмотреть!» – крикнул Билли. Одна из девушек взвизгнула, когда Раньон попытался вытащить ее с заднего сиденья. В конце концов они уехали, но оставили перед домом выброшенные из окна машины бутылки и банки и россыпь гравия из-под колес. А в январе Билли и Трой Уильямсон заявились пьяными на ферму, на что никогда не решались, пока там был Джейкоб. Блэкберн вспомнил ухмылку Билли, когда Наоми вышла на крыльцо с ружьем, и как быстро эта ухмылка исчезла, когда Наоми нажала на спусковой крючок.

Блэкберн ехал быстро. Дорога от Пуласки до Ноксвилла была в основном прямая, почти без поворотов. До того как понадобилось отвезти Наоми на отцовскую ферму две недели назад, Блэкберну не доводилось видеть такую ровную, словно разглаженную скалкой местность, которую пересекали ручьи, темные и вязкие, точно патока. Голые поля без гор и холмов выглядели почти неприлично. И хотя уже стемнело, Блэкберн, проезжая Ноксвилл, с облегчением заметил, как фары качнулись вверх.

Первые хлопья снега упали, когда он пересек границу штата. Пока Блэкберн добрался до Лорел-Форк, дорога уже побелела. Он проехал магазин Хэмптонов. Вывеска над заправкой примерзла и больше не раскачивалась. Даже бензоколонки, казалось, съежились от холода. Вернувшись на кладбище, Блэкберн обнаружил приклеенную к двери домика записку: «Сегодня умерла Минди Тимберлейк. Похороны в четверг, поэтому могилу нужно вырыть в среду. Дай знать, если потребуется позвать Нила Уиза. Еще нужно поменять выключатель в коридоре. Преподобный Х.».