Книга Первое прикосновение, страница 79 – Ванда Лаванда

— Ты не знал? — Ник обернулся к Маркусу.

— Я ему не говорил, не хотел, чтобы меня жалели, — объяснил Николасу Дрей, потирая щеку. Он посторонился, чтобы гости вошли в дом и не устраивали сцену в подъезде.

— Он на антидепрессантах и нейролептиках уже… давно, — сказал Маркусу Ник. Он выглядел злым и встревоженным. Когда он посмотрел на разукрашенного друга, то тяжело вздохнул. — Пошли, горе от ума… Нужно тебя вымыть и дать сорбент. Потом накормить и проследить за твоим состоянием.

— Ты мне не мама. И не нянька! — проворчал Андреас. — Я не просил о помощи. Уходи.

— Не уйду! Тебе нужна помощь, что бы ты там о себе не думал, супергерой!

— Проваливай, я сказал! И этого с собой забери. Я не подохну. Подумаешь, выпил немного водки!..

— Водки? Это той бодяги, которой ты руки от аэрозоли моешь?! — Ник уже кричал. Он оттолкнул Дрея и прошел в гостиную, где возле дивана валялась пустая бутылка. Ему не составит труда ее отыскать.

— Что ты творишь? — прошипел Маркус, подойдя к Андреасу и крепко схватив его за плечо.

Парень ничего не ответил, только отвел красные, опухшие из-за слез глаза. А что он мог сказать? Что хочет себе чужую родственную душу? Или попросить, чтобы Маркус сменил кличку с Беркута на Ворона, чтобы создать иллюзию, что они соулмейты? Нет, он не стал ничего отвечать.

— Нам надо поговорить. О нас, о твоих таблетках, обо всем, что произошло. Так что выбирай, хочешь ты, чтобы при этом был твой друг, или мы будем говорить наедине, — так же зло и тихо сказал Маркус, а Дрей поджал губы. Тут не из чего было выбирать на самом деле.

— Уходи, Ник, пожалуйста, — сказал Андреас, когда Николас вернулся с бутылкой в руках.

— Нет, я… — снова запротестовал Николас, но Маркус его перебил.

— Я о нем позабочусь. Обещаю, он будет в порядке, — уверенный и властный голос мужчины без труда убедил Ника.

— Ладно. Позвони мне завтра утром, расскажи, как он… — попросил Николас Маркуса, вытащил из своего рюкзака лекарства, отдал их мужчине и вышел из квартиры, не прощаясь.

— Говори, что хотел сказать, и проваливай, — проворчал Дрей, когда они остались вдвоем. Он скрестил руки на груди и сгорбился, всем своим видом показывая, что Маркусу здесь не рады.

— Сначала чистка желудка, лекарства и душ. Не хочу вызывать скорую, а придется, если тебе станет хуже.

Мужчина схватил парня одной рукой чуть выше талии, не волнуясь о том, что может запачкаться в краске, и направил его в ванную комнату.

— Я не хочу, — Дрей попытался вывернуться из хватки Маркуса, но не тут-то было. Мужчина лишь сильнее прижал его к себе. — Просто скажи всё, что обо мне думаешь, и оставь меня в покое…

— Поговорим в процессе.

Но им стало не до разговоров, когда они вошли в ванную. Сначала Маркус заставил Дрея проблеваться, затем выпить сорбент и чистой воды. После чего насильно затолкал его в душ, даже не сняв штанов. Из лейки потекла прохладная вода, и Андреас поежился, обиженно глядя на «благодетеля». От холода немного прояснились мозги, и появилось смущение из-за происходящего. Мокрые волосы прилипли к голове, а несколько прядок очень кстати упали на лицо, закрывая румянец. Но Маркус все равно не видел этого, так как был занят другим. Он взял гель для душа и мочалку и, усадив парня на пол душевой спиной к себе, принялся оттирать с кожи авангардное искусство. Дрей опустил голову и смотрел на свои дрожащие руки. Он очень надеялся, что по щекам течет вода, а не слезы, но не был в этом уверен.