Книга Первое прикосновение, страница 65 – Ванда Лаванда

Маркус положил руки на стол и сцепил пальцы в замок. Он внимательно слушал рассказ, хотя Дрей, пока говорил, смотрел куда угодно, но не на собеседника.

— Мы обменялись телефонами, договорились о встрече. Я, забив на свои дела, помчался домой и с нетерпением стал рассматривать свою метку. Которая, как ты понимаешь, не изменилась. Ни в этот день, ни на следующий. На свидании я честно сказал об этом Георгу, но он отмахнулся. Ведь было ясно, как белый день, что мы соулмейты. Его «Андреас» стал синим, после того как я, собственно, Андреас, прикоснулся к нему.

— И что было дальше?

— Мы были вместе. И какое-то время все было замечательно. А потом наши отношения становились хуже день ото дня. Георг стал ревновать меня, устраивать скандалы. Обвинял в том, что я его не люблю и не хочу полюбить, поэтому моя метка остается черной. Спустя где-то полгода постоянных скандалов, мы расстались, — Дрей потер шею ладонью. На самом деле у него снова чесались крылья, но он не хотел касаться метки при Маркусе. — Вообще-то, я до сих не знаю, почему так произошло. Наверное, я какой-то бракованный, и на меня у Судьбы не осталось никакого пигмента, кроме черного. Но теперь это повторилось, и я не хочу давать тебе никаких ложных надежд. Скорее всего, я не твой соулмейт.

— Где твоя метка, раз тебе пришлось ехать домой, чтобы ее посмотреть? — спросил Маркус, чуть прищурившись.

— Тебя только это заинтересовало в моем рассказе? — нервно рассмеялся Андреас.

— Если честно, то нет. Но пока это самое… важное. Мне интересно, как Судьба отметила меня для тебя.

— Моя метка на спине, — нехотя ответил Дрей. — И, если ты предложишь сейчас пойти в туалет, чтобы я продемонстрировал мою неизменную татуировку Судьбы, я ударю тебя, даже учитывая, что ты больше и сильнее.

— И в мыслях не было, — соврал Маркус. — Не хочешь показывать, ладно… Тогда опиши, что у тебя изображено на метке.

— Вот же ты… — Дрей неразборчиво выругался сквозь зубы, но всё-таки достал свой телефон, нашел в галерее давний снимок от Хлои и повернул экран к Маркусу.

Тот облизнулся и взял мобильный в руки, чтобы лучше рассмотреть. А посмотреть там было на что. Сфотографированный со спины парень был полностью обнажен, даже белья не было. Крылья, нарисованные на его коже, казались настоящими. Поза и ракурс удачно подчеркивали стройное, немного худощавое тело. Лица, к сожалению, не было видно, но Маркус интуитивно знал, что это именно Андреас. Значит, крылья…

— Перешли мне эту фотографию, — попросил мужчина. — Сколько тебе тут лет?

— Двадцать или двадцать один, я точно не помню, — пожал плечами Дрей и скинул фотографию Маркусу. Ему было не жалко: это фото было загружено на несколько фотостоков и давно гуляло по сети. — Удовлетворил своё любопытство?

— Да, и теперь еще больше уверен, что ты мой соулмейт, — решительно сказал Маркус, и Андреас всплеснул руками, будто говорил: «И за что мне только этого идиота прислали?!». — Моя кличка среди байкеров — Беркут. Крылья в виде метки могут быть про меня.

— У беркутов, насколько я знаю, коричневое оперение? Так что, будь ты моей родственной душой, мои крылья сменили бы цвет, — огрызнулся Андреас, недовольный самоуверенностью мужчины и чуточку смущенный его напором.

— Я уяснил, что ты не веришь, что мы соулмейты, и после твоего рассказа я понимаю, почему, — Маркус вдруг довольно нежно и осторожно взял ладонь Дрея. У мужчины были горячие руки и мозолистые пальцы, и Андреас невольно опустил взгляд, наблюдая за бережными прикосновениями. — Ладно. Я не настаиваю на том, чтобы мы сразу стали парой. Но я бы хотел пообщаться с тобой, не терять связь, по крайней мере. Даже если мы не родственные души, разве это мешает нам попробовать хотя бы познакомиться поближе?