Онлайн книга «Ожерелье княжны Гальшки»
|
Неизвестно, чем бы это закончилось, но младшая дочь бросилась к нему, подскочила, едва не повисла у него на шее: — Папочка… И князь Юрий обмяк, прижал ее к себе: — Поедем, обязательно поедем… Не отпустил Барбару от себя даже после того, как та успокоилась. В какое-то мгновение на него будто озарение нашло. Понял, что в глубине души любит ее даже больше, чем Анну. Просто Анна из-за своей бойкости чаще оказывается на виду, а Барбара рядом с ней находится в тени. А ведь она, а не Анна, обладает тем чувством сердечности и душевности, которое с годами может перерасти в чуткость, способность к большой и самоотверженной любви. В дорогу собрались поутру, едва заря провела первые светлые полосы на небе. Можно было выехать и позже, но он очень любил это время, когда ночь постепенно передает свои права дню. В такой момент появляется ощущение, будто рождаешься на свет заново, и все, что предстоит сделать, обязательно будет успешным, ибо приступаешь к нему с великим желанием и чистыми помыслами. А они у князя Юрия всегда были светлыми. Даже когда приходилось браться за оружие. Делал это не потому, что очень хотел, а потому, что нужно было. Убежденный в правоте своего дела, громил врага беспощадно, пользовался авторитетом товарищей по оружию. Да и вниманием короля не был обделен. За глаза многие его иначе, как Геркулес, не называли. Теперь же Юрий Радзивилл ехал как отец, которому хотелось счастья для своих детей. Спешил к тому, кто также, будучи прославленным полководцем, в это время мечтал не о новых победах, а о том, чтобы судьба единственного сына сложилась как можно лучше. Не могла не догадываться о цели поездки и Барбара, хоть муж и не посвятил ее в то, что стало причиной приглашения в Острог. Да разве обманешь женскую душу, особенно, если это душа матери. Только Анне с Барбарой не было ни до чего дела. О чем-то оживленно шептали друг другу, а чаще выглядывали из кареты, с удивлением рассматривая красоту окрестных пейзажей. Не скрывали своего восхищения и князь Юрий с женой. Дорога, занявшая несколько дней, нисколько не утомила, потому что каждый час путешествия приносили новые впечатления. По мере приближения к Острогу виды становились все более впечатляющими. Вековые лесные чащи старались взять в свои объятия дорогу, равнины сменялись возвышенностями, а вскоре показалась и река Вилия. Значит, Острог уже был близко. Настроение взрослых передалось и детям. Первая засуетилась Анна. — Скоро приедем? — допытывалась она у матери. Княгиня Барбара вместо ответа спросила: — Илью быстрее хочешь увидеть? Анна не по-детски вспыхнула: — Нужен он мне! — Почему ты так? — А потому, что он мне никто. — И давно так решила? — Это Барбара его любит! Эти слова обескуражили княгиню: — Вы что за него замуж собрались? — Почему я? — не сдавалась Анна. Барбара же, будто бы застигнутая за чем-то недозволенным, опустила глаза, и ее лицо постепенно заливалось краской. Внезапно заплакала и бросилась на сестру с кулаками. — Успокойтесь! — вмешался князь Юрий. — А то высажу обеих. — Так я и испугалась, — Анна показала сестре язык. — У-у-у-у. Младшая никак не отреагировала на это, а только, посапывая, начала вытирать ладонью заплаканные глаза. И вдруг обратилась к матери: — Мама! Красота-то какая! |