Онлайн книга «Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника»
|
Вечер практически отсутствовал. После коротких сумерек сразу опустилась ночь. Риджейсити никак не мог успокоиться и продолжал отмечать всё подряд, совсем не экономя силы к Новому году, до которого оставалось меньше недели. Площадь Фонтанов залили под огромный каток, куда пускали только молодёжь из дворян. С резвыми возгласами, смехом и громкими шутками они катались под королевскими окнами. Туда же присоединилась дочь короля с фрейлинами. Девушки то падали, то вставали, то снова не могли удержаться на ногах и до слёз веселились. Иногда они подбегали к продавщицам сахарных леденцов и, довольные, с разрумянившимися лицами, бежали опять скользить по ледяной поверхности. Фонари освещали каждый сантиметр этого шумного пространства. Никому не хотелось уходить отсюда, многие не пошли на ужин, оставаясь на льду до поздней ночи. Мария, после дневных развлечений, отпросилась к матери, потому что у той были какие-то дела, в которых ей нужно было помочь. Беллона осталась с Дорой и Габи, то и дело подозрительно поглядывая на последнюю. Она не хотела верить в пустые слова женщины и не собиралась этого делать, но какое-то сомнение, закравшееся в душу, всё равно теребило и тревожило. Виконтесса не способна на жестокие поступки, но бывали ведь случаи, когда за самой милой и невинной внешностью скрывались страшные пороки и преступные намерения. Если вспомнить некоторые моменты, то Габи, на самом деле, иногда вела себя странно, особенно в последнее время. Та была сама не своя, то уходила в себя, то неожиданно тараторила без умолка, то замолкала, то улыбалась непонятным мыслям. Что греха таить, вела она себя чудаковато. Господи, и ведь именно она тогда сказала Беллоне пойти за накидкой и на неё из-за угла наскочила лошадь, вернее, наскочила бы, если бы не Дерек. До чего же неприятно всё сходилось. Да, даже если суметь доказать вину виконтессы, что с ней делать? В самом деле, не отправлять же в тюрьму? Не казнить же, упаси Боже! «Достаточно уже одной смерти по моей вине» - подумала принцесса и решила, что лучше всего отправить подругу подальше от двора. Ей будет без неё ужасно плохо и одиноко, но ещё хуже видеть её каждый день и думать, что она хочет твоей погибели. * * * Наступила Новогодняя ночь. В парадном зале городского дворца Карлеалей собралась толпа народа. Оркестр разминался негромкими вальсами, под которые с удовольствием уже выходило несколько пар. На возвышении сидел король, по правую руку от него император, который до сих пор гостил на Феире. Как он сам признался, ему понравилась дружественная атмосфера, царящая здесь, и он решил задержаться. Этому были только рады, хотя и удивленны. По левую руку от монарха находилась королева, рядом с которой стояли её фрейлины: меланхоличная баронесса фон Даберлёф, язвительная графиня Перферо, графиня Алиса Тревор и маркиза Мевори. Все они вели с Вестой монотонную светскую беседу, которая даже на расстоянии навевала скуку. Принцесса, в окружении Габи и Доры, бросила быстрый взгляд на мать. Та на неё не обращала внимания. Что ж, у девушки она тоже вызывала всё большее отторжение. Она её не понимала, и это было взаимно. В восприятии жизни их интересы и понятия резко расходились. Наверное, той нужна была такая дочь, как Дора, или Мария. Да только с этого придворного круга пропала куда-то даже эрцгерцогиня. Уехав к матери, она так и не возвращалась. Беллона писала письмо мадам Оливии – та сухо ответила, что Мария отбыла в далёкую поездку по делам торговли и вернётся нескоро. Теперь праздник стал ещё печальнее. Еда казалась пресной, музыка нудной, свет блёклым. Перепады настроения Габи всё больше настораживали. |