Книга Беллона Карлеаль, или сестра изгнанника, страница 205 – Юлия Чеснокова

— Боже, перестань говорить эти страшные слова! Давай на эту ночь забудем о том, что тебе куда-то нужно. Ведь с рассветом тебе уже придётся покинуть дворец.

— Ты так говоришь, как будто я отправляюсь в ссылку. Это всего лишь мои обязанности, и я всегда прекрасно с ними справлялся. – Лукас замолчал и снова крепко сжал в объятьях Беллону. Так они и пролежали до самого утра.

Добившись аудиенции, принцесса была настроена решительно. Она пыталась не бояться королевы, что было не так-то просто даже государственным мужам, но у Беллоны было преимущество – в ней самой текла монаршая кровь, и обращаться с ней, как с какой-то приживалой, не имел право никто, даже властительница из Голубого квазара.

Фрида, не подняв головы от бумаги, на которой что-то тщательно выводила ровным красивым почерком, пальцем указала на кресло, напротив себя. Девушка села, и хотя её предупредили, что разговор нужно начинать только тогда, когда заговорит королева, Беллона решила наплевать на эти правила.

— Ваше величество, я не займу у вас много времени, – твёрдо заявила принцесса, чем обратила на себя внимание, – я хочу поговорить по поводу того, чтобы присоединиться к своему супругу.

— Ты не поедешь вслед за моим сыном. Это уже решено окончательно. Тем более, он уже уехал, что-то ты поздно спохватилась. – Девушка в негодовании хотела разразиться элитной бранью, которой обычно пользовались до самых кончиков ногтей воспитанные люди в припадке бешенства, но потом взяла себя в руки.

— Но ведь вас не было, и мне не давали покинуть дворец без вашего разрешения.

— Ну конечно, потому что я его не давала. И не дам.

— Почему? – заранее зная ответ, спросила Беллона.

— Потому что ты, должно быть, уже в положении, а дорожные тряски и долгие переезды могут негативно сказаться на твоём здоровье. Мой муж прекрасно разбирается в медицине, можешь проконсультироваться у него по этому поводу.

— Спасибо, приму к сведению. – Принцесса не желала уходить с пустыми руками, но как уговорить Фриду Андорийскую не имела ни малейшего понятия. – А если я ещё не в положении?

— Значит, ты не плодовитая.

— Что?! – Беллона поднялась. – Не все женщины могут вот так сразу забеременеть и несколько месяцев эм…стараний – это вполне нормально.

— Я родила Лукаса через десять месяцев после венчания. Мне тоже было семнадцать. – Фрида постучала пальцами по столу, что совсем не говорило о том, что она нервничает. Скорее её движения напоминали будто она про себя наигрывает какую-то симфонию. Девушка позавидовала её выдержке и обещала себе, что когда-нибудь научится такому же спокойствию, когда-нибудь, когда тоже будет королевой…

— Вы же не можете мерить теперь всех по себе. Все люди разные.

— Согласна – есть лучше, а есть хуже, и тем, что хуже, не место среди лучших.

— Не хотите ли вы сказать…

— Я хочу сказать одно, – беспардонно перебила женщина Беллону, – придорожные отели и постоялые дворы не лучшее место для зачатия будущего короля Гейтс ин Лива. Разговор закончен.

Девушка попыталась смириться с создавшейся конъюнктурой, но, однажды став замечать плохо склеенные конверты, у неё появилось подозрение, что королева решила проверять ещё и всю её почту. Это было подло и низко, но, с другой стороны, Фрида Андорийская проявляла себя, как щепетильная и осторожная хозяйка. Не удивительно, что в Голубом квазаре всегда всё было прекрасно и правильно, если в нём правили подобные государи и государыни, а наследники престола каждый год, в сложных и некомфортных условиях кружили по всей планете, чтобы следить за порядком и всегда быть в курсе любых изменений в государстве. "Если бы отец приучил Робина к подобному, – думала Беллона, – мы никогда не оказались бы в том положении, которое сейчас занимаем. Робин был слишком принцем и ни на грамм не правителем". Принцесса перестала даже здороваться с королевой, предпочитала завтракать, обедать и ужинать у себя в покоях и считала дни, когда же вернётся Лукас. Потом она сожгла свой дневник, долго простояв у камина и проследив, чтобы от него не осталось ничего, кроме серой золы. Это было так тяжело – словно оторвать частичку себя, но, по крайней мере, даже если свекровь и умудрилась его прочитать, теперь она не сможет выкрасть его и потом распоряжаться по своему усмотрению. Меньше всего Беллоне хотелось, чтобы ей ещё хоть раз напомнили о Дереке, которого она сама старалась забыть.