Книга Амазонка бросает вызов, страница 99 – Юлия Чеснокова

— Приятно ребята играют, — заметила я ни о чём, указав на джазовый коллектив, когда Чжунэ вернул ко мне своё внимание. После этого набив рот каким-то изысканным креветочным паштетом на тонком ломтике золотистого хлебца, я стала притоптывать ногой.

— Потанцуем? — поставил и свой бокал Чжунэ, протянув мне руку.

— Мы будем единственные, и все будут пялиться.

— И что же?

— Я танцую так себе.

— Тут не нужно великого мастерства, — взял он мою руку, не дожидаясь согласия, и повёл на свободную площадку.

— Чжунэ, Чжунэ, Чжунэ!.. — тихо, но быстро шепча, пыталась я его остановить, неловко упираясь, но он всё-таки вытянул меня туда, куда хотел, и поставил перед собой, положив ту ладонь, что держал, на своё плечо. Потом сделал то же самое со второй ладонью и положил свои руки мне на талию. Я уставилась ему в глаза, задрав голову, боясь посмотреть налево или направо и увидеть любопытных. — На нас все смотрят? Нет, не говори, не хочу знать.

— Какая тебе разница?

— Вдруг меня примут за пацана? — предположила я то, с чем привыкла сталкиваться в своей жизни. — А тебя тогда за гомосексуалиста.

— Чонён, чтобы принять тебя за пацана — надо быть слепым.

— У меня в школе таких много. — Мы плавно стали вращаться по часовой стрелке. Саксофон выводил красивую мелодию. Я заметила, что нашему примеру последовала ещё одна пара. Мне стало спокойнее. Чжунэ не прижимал меня к себе, здесь это было бы непозволительно, но его руки на себе я ощущала даже через рубашку и короткий пиджак. Где-то передо мной витала туалетная вода Чжунэ, окутывая меня, заполняя обоняние собой. Вся эта ситуация сковывала меня, смущала, щекотала нервы. Хотелось оторваться и убежать, но притом находиться так близко к Чжунэ было приятно, тянуло положить на его плечо голову и закрыть глаза, но я знала, что и это непозволительно.

— Видишь, танец совсем прост, — сказал мой партнёр.

— Скорее бы композиция закончилась, — озвучила я негативную половину восприятия, в которой близость с Чжунэ будоражила моё сознание предчувствием опасности. О том, что одновременно с этим я бы покружилась так ещё часок-другой, я умолчала.

— Тебе не нравится? — нахмурил брови Чжунэ.

— До скольких часов эта вечеринка?

— Ты куда-то торопишься?

— Не хочу возвращаться поздно…

— Я думал ещё кое-куда свозить тебя после этого…

— Ещё чего, я никуда не поеду, — покачала я головой. Чжунэ собрался возразить, но в эту секунду композиция всё-таки закончилась, и я поспешила обратно к столам, в тень. Молодой человек догнал меня, видимо, настроенный настаивать и уговаривать меня, но его окликнули:

— Чжунэ! — обратился к нему какой-то парень, примерно его ровесник, и мой спутник, пометавшись мгновение, протянул руку для приветствия и ушёл, почему-то, в сторону с тем, с кем заговорил.

Оставшись одна, я обратила взор к тарелкам. Раз уж я забралась так высоко, как возможно, и вряд ли ещё хоть раз побываю на чём-то подобном, надо попробовать всё-всё самое вкусное и экзотическое. Жаль, что заворачивать в салфетки и выносить не получится — тут такое точно не практикуют, а то бы я позаботилась и о Чжихё с Сынён. Поэтому приходилось дегустировать за троих. Я старалась выбирать незнакомые блюда, отщипывала от каждого, пережидала некоторое время, чтобы просмаковать вкус, и принималась есть дальше. Пару раз пришлось промочить горло, чтобы легче шло. Я вернула себе свой бокал и допила шампанское. На удивление, голова не хмелела и никакого эффекта от выпитого не появилось.