Книга Амазонка бросает вызов, страница 331 – Юлия Чеснокова

Встав в пару с Диэйтом, мы неплохо посражались, и я, вкладывая все свои силы и сноровку, могла бы выйти с ним на равных, но всё-таки он уложил меня на один раз больше, похвалив, в качестве поощрения, что со мной дрался вовсе не чувствуя, что я девушка.

Взяв свою порцию в столовой, я на автопилоте приземлилась за женский столик, и сразу же услышала за спиной возмущение Вернона:

— Эй, ты обиделась что ли? — Я обернулась, и то не до конца, ощущая, как ноет шея:

— Нет, этот столик был ближе, а у меня ноги еле ходят.

— Да-а, — протянул Ямада, — поиздевался над нами мастер Хонбин.

— Да ладно, наоборот, здорово, — оценил методику Диэйт. — Когда мы выйдем отсюда, никто не будет спрашивать, есть у нас ещё силы, устали ли мы, хотим ли спать или есть? Мы должны уметь превозмогать себя. Мастера же умеют.

— Мастер Эн говорил, что по закалке нет никого лучше Сандо, — сказал Вернон, — он, по слухам, может три дня не спать, и драться, как полный сил. При любой погоде, и в жару, и в холод.

— Сандо неимоверно крут, — согласился Ямада, — хочу быть, как он.

— Кто такой Сандо? — опять повернулась я.

— О, это уже настоящая легенда золотых! — поведал Вернон. — Ему даже Чонгук поклоняется.

— Да ладно? — серьёзнее заинтересовалась я. — Почему?

— Наверное, мы не можем ей всё рассказать, — остановил Джунхуэй друзей, — тот ли у неё уже уровень доступа к секретности?

— Не знаю, — согласился с ним Диэйт, и посмотрел на меня, — извини, но лучше об этом спроси у мастеров, мы не знаем, можно ли тебе говорить совсем всё.

— Тогда про Эскупса тоже нельзя ничего говорить, — добавил Самуэль. Все закивали, соглашаясь.

— Да ну вас, — без обид, скорее устало, махнула я на них, и отвернулась. Не хватило духа на любопытство, вся энергия ушла в борьбу. Как раз подоспела Джоанна, и села рядом. Она светилась розовым светом сквозь румянец, в глазах горел азарт. Мимо нас прошёл Нгуен, приведший младших учеников, и бросивший Джоанне:

— Молодец, сегодня ты очень хорошо занималась!

— Спасибо, мастер! — И она с аппетитом набросилась на еду. С момента смерти её отца прошло полгода, не удивительно, что у неё ещё будут возникать перепады настроения, то подъём, то спад, то апатия, то воодушевление; она не просто подросток, но подросток, который пережил трагедию. Я была немногим старше, когда осталась два года назад вообще без родителей. Могу ли я отговаривать её от любви к мужчине, что старше её больше, чем в два раза, если это отвлекает её и спасает от горя? А что, если Джоанна подсознательно всего лишь старается заменить отца, и сама не понимает корней своих чувств? Но и мне тогда этого тем более не понять. Я не должна вмешиваться, даже если считаю, что Самуэль подошёл бы ей больше. Но он золотой, воин, который, как и Эн сейчас, когда-нибудь станет странником, защитником слабых, не принадлежащим самому себе.

Хонбин и Эн прошли мимо нас, уже в чистых хакама, какие носили здесь мастера, отряхнувшиеся от дорожной пыли и смывшие следы того, что совершали за стенами Тигриного лога. Но такие следы навсегда остаются в душе, и вряд ли золотые воины с лёгкостью отпускают из памяти убийства, вряд ли их совесть спокойна. Мне ещё ко многому предстоит подготовиться, многому научиться помимо физических навыков. Недаром мастер Ли сказал, что женщины морально крепче. Я должна буду брать на себя груз ответственности, какой ещё не приходилось.