Книга Амазонка бросает вызов, страница 266 – Юлия Чеснокова

Хана сходила открыть дверь, и к нам в зал вошёл Чонгук с девчонкой-подростком; аккуратная, симпатичная, с забранными в хвостик волосами средней длины, маленького росточка. На какое-то мгновение моё сердце пропустило удар. Как давно я не видела Чонгука? С тех пор, как начала встречаться с Чжунэ? Я так погрузилась в эти отношения, и так настроилась на этого человека — подлеца и обманщика, о чём не подозревала, — что забыла о других, и даже сейчас, вспомнив, какой неподдельный интерес испытывала к Чонгуку, не смогла в полной мере вернуть ту тягу и пристрастность. Внутри было как-то глухо, всё за пеленой, которой я покрыла окружающий мир, чтобы не реагировать на ложь и предательство. Но вместе с ними, похоже, отгородилась и от остального.

Итак, Чонгук всё-таки не совсем врал? Он из буддийского монастыря, это такая легенда, которую он должен поддерживать. А на самом деле, он золотой. И всё-таки, кто же такие эти золотые? Со слов зятя выходило, что они защитники слабых и тайные установители справедливости на земле — так я поняла. Надо бы в интернете уточнить… ах да, я же отдала свой телефон, и мне обещали его вернуть только тогда, когда я вернусь. Намджун поднялся, указав на меня девчонке, пришедшей с Чонгуком:

— Это Чонён, сестра моей жены, познакомься, — после этого он посмотрел на меня и указал наоборот на подростка, — это Джоанна, она тоже поедет с вами.

Я встала и, уже не имея претензий к Чонгуку, да и не зная, кто ему эта Джоанна (впрочем, для чего-то греховного слишком юна), протянула ей ладонь для пожатия. Она растерялась, но тут же спохватилась и ответила мне на этот жест. Намджун улыбнулся:

— Вот! Чонён тебя быстро научит, как себя вести среди ребят, она в этом дока, так что — держитесь вместе.

— Давно занимаешься? — спросила я у девчонки, налаживая контакт. В её пожатии почти не было силы, я это заметила.

— С апреля…

— О, — только и произнесла я, с семи лет не выбирающаяся со всяких кружков и секций, спортивных и связанных с борьбой. — А почему надумала начать заниматься?

— Я… мама настояла, — пожала она плечами. Мама?! Ничего себе у неё мама, моя не знала, как остановить мои безобразия, только папа и поддерживал.

— Она дочь нашего мастера, — вмешался и объяснил Чонгук, — покойного. Он погиб этой зимой. — Джоанна потёрла кончик носа, как будто бы просто так, но мне показалось, что она преодолевает подступающие к глазам слёзы. И она смогла их сдержать, но Чонгук всё равно как-то оберегающе, как надежным крылом, накрыл её плечо своей ладонью. — Поэтому Джоанну доверили нам.

Девчонка чуть порозовела, тихо прошептав:

— Я сама хотела научиться танцевать… как Сана. Но мама не разрешила. — Мы, наконец, встретились с Чонгуком взглядами при названном имени. Танцевать? Ха! Я поняла, что не разрешила мама. Минуточку, а не та ли это была женщина, которой так почтительно кланялись все на мальчишнике Намджуна? Они похожи с Джоанной. А зачем Джоанна хотела уподобиться Сане? Не потому ли, что влюблена в Чонгука, как и я ещё месяц назад? Пусть страсти улеглись, и пыл угас, но я продолжала объективно осознавать, что не влюбиться в Чонгука трудно, на него даже на улице, когда нам приходилось идти вместе, заглядывался женский пол всех возрастов.

В глазах Чонгука, впервые, я увидела что-то вроде сожаления или извинения. Пропало вечное лукавство и теперь он был абсолютно серьёзен. Это лишало его части прежнего, легкомысленного очарования, но украшало обновлённой, зрелой мужественностью. Он стоял рядом с Джоанной, как ревнивый и ответственный старший брат, и можно было не сомневаться, что он порубит каждого, кто попытается тронуть его сестрёнку. Именно из-за отсутствия такого брата я стала такой, какой стала. Я всегда защищала себя и сестёр сама. Я не жалела, но в какой-то степени было немного обидно и завидно тем, у кого имелись вот такие братья-Чонгуки.