Книга Амазонка бросает вызов, страница 235 – Юлия Чеснокова

— Он просто большой ребёнок, Чонён, — говорила она тем вечером, сидя со мной на кухне, — у него было на самом деле трудное детство, и он до сих пор его не пережил в себе, не избавился от травм, что получил когда-то. Знаешь, он при этом удивительно добрый и ничуть не жадный. Мы как-то шли по торговому центру, и он увидел девочку лет шести-семи стоявшую у витрины. Она заглядывалась на дорогие игрушки. Он попросил её показать, что именно она хочет? Девочка потыкала пальчиком на несколько коробок, он вошёл в бутик, оплатил это всё и вручил ошарашенной матери, подоспевшей к тому моменту. И такой вот он во всём… Его бывшая стащила у него именные золотые часы, которые ему подарил один из мэтров кино, несколько тысяч долларов и фирменную ручку с жемчугом, от Микимото — чисто писательский фетиш! — и что бы ты думала? Он даже о пропаже не заявил, уплыло, так уплыло. Когда-нибудь он разорится или сопьётся. Или и то, и другое вместе.

— Он сам тебе это всё рассказал?

— Нет, его домработница.

— У него и такое имеется?

— Не думаешь же ты, что он сам способен помыть пол или приготовить себе что-то? Впрочем, присматривать за ним плохо получается и у этой так называемой экономки.

— И ты хочешь быть сиделкой этому… странному человеку? — полюбопытствовала я.

— Нет, но пока у меня нет других вариантов, правда? Я себя люблю больше, чтобы тратить жизнь на чужие капризы и заскоки. Но сейчас Гынсок добыл мне роль, разрешил пользоваться своей кредиткой. Было бы совсем некрасиво взять и уйти. К тому же, в промежутках между запоями — творческими и алкогольными, он очень приятный мужчина. А в сексе… — Я заткнула уши, захохотав:

— Избавь от подробностей!

— Хорошо, расскажу, как повзрослеешь.

— Сынён, а если он потом, когда ты его бросишь, будет отыгрываться и ставить палки в колёса, мешая карьере?

— Чонён, ты слышала, что я рассказала о его бывшей? Он вообще не злопамятный. Думаю, если я уйду от него в процессе написания очередного романа — он и не заметит.

И вот, уже взбодрившаяся и не думающая навещать любовника снова, пока он сам не позовёт, сестра искала себе маленькие радости — новые платья, чтобы расплатиться дарованной кредиткой. Она оторвала взгляд от экрана и посмотрела на меня.

— Так-так, кого-то настиг ураган страстей? — опытно определила она за секунду. Я машинально пригладила волосы, присаживаясь около неё.

— Он меня сейчас так выбесил! — Сынён была одной из немногих, кто знал о моих отношениях. О Ку Чжунэ лично ей не было известно ничего, поэтому она не осуждала, не отговаривала, не пыталась его «разоблачить», как остальные. Как и я ещё недавно. Она считала бойфренда-миллионера позитивным явлением, поэтому не стала бы копаться в чём-либо, что могло бы испортить впечатление от его финансового состояния.

— Приставаниями?

— Нет. Он пытался решать за меня… лезть в мою жизнь и устраивать её, как ему нравится.

— Ну, дорогая, это законное право мужчины, если ты его женщина.

— Я не его женщина! — сразу отбрыкалась я от не устроившей меня формулировки. Что я, вещь какая-то, чтобы быть чьей-то? Но под лукавым взором сестры пришлось задуматься и немного изменить вывод: — То есть да, мы встречаемся, и я его девушка, но моя жизнь — это моя жизнь.

— Ты не хочешь с ним совместного будущего? Жизнь — это же будущее, а не прошлое, верно? Прошлое скорее мертвечина, оно похоронено вчерашним днём, а завтрашний, значит, ты дарить этому Чжунэ не хочешь?