Книга Амазонка бросает вызов, страница 201 – Юлия Чеснокова

— Какая ты оптимистка!

— Вообще-то, я действительно оптимистка, что не мешает мне трезво смотреть на многие вещи. — Подойдя к парапету, я подтянулась и села на него задом, свесив ноги и заболтав ими. — Когда остаёшься сиротой в семнадцать — это немного отрезвляет и придаёт рассудительности, но я бы поменяла своё здравомыслие на жизнь родителей обратно.

— Они разбились?

— Да, в них въехал уснувший за рулём пьяный мужик на грузовой машине. Он жив, но в тюрьме.

— Прости.

— Ничего, но теперь ты знаешь, как я отношусь к плохой езде… У тебя хорошие отношения с родителями?

— Я люблю их, и очень уважаю, — сказал Чжунэ не думая, что выдавало искренность, — но я не люблю посвящать их в свои дела. Раньше мы были ближе друг к другу, а потом не знаю, что произошло, то ли я вырос и устал от их опеки, то ли они не перестроились под взросление детей.

Мы замолчали, повернув лица к садящемуся солнцу. Мимо прошла стайка девчонок с рожками мороженого в руках. Чжунэ быстро взглянул на них и обратился ко мне:

— Хочешь?

— Мороженое? — Он ухмыльнулся и, раздвинув мне ноги, встал между ними, втиснувшись поплотнее и обняв меня за талию. Мне стало жарко, я настолько резко и сильно возбудилась от того, что голыми ногами почувствовала его светлые джинсы, что сделалось неудобно перед людьми, будто мы уже сексом занимаемся. И поза на самом деле была предосудительная, вульгарная… — Чжунэ, смотрят же…

— Да и чёрт с ними! — отмахнулся он, привычно плевав на общество. Он мог себе позволить. — А ты почему уточнила? Тебе хочется чего-то ещё?

— Теперь мне хочется, чтобы ты чуточку отошёл и не упирался мне… — я замолчала, густо покраснев.

— А мне нравится в тебя упираться, — прошептал Чжунэ мне на ухо. — И я не отойду.

— Нарываешься на драку.

— Минуя бой, могу сразу лечь пластом. Заберёшься сверху?

— Озабоченный, — привычно обозвалась я.

— Только с тобой.

— А после?

— Что — после?

— Когда получишь своё, перестанешь таким быть?

— Да как я могу знать, что я тогда почувствую?!

— А мне нужно, чтобы знал! — превозмогая себя, оттолкнула я Чжунэ и спрыгнула с парапета. У меня разве что аппендикс не задёргался от его ширинки, трущейся о мои шорты, все остальные органы женской репродуктивной системы сжались и дрожали. Ощущение одновременно приятное и изводящее, от которого хочется избавиться. Но в таких ощущениях не бывает обратного хода, тут надо идти до конца, до высшей точки, через которую приходит расслабление и облегчение.

— Чонён, что ж ты за зараза такая… — прошипел он, пошагав за мной, направившейся к машине.

— Прививочная, — бросила я через плечо, — знаешь такую? Маленькая зараза, содержащаяся в вакцине, чтобы выработать иммунитет в организме к какой-то болезни.

— И от чего ты меня прививаешь?

— От пресыщенности. От скуки. От лени. От узколобости и отсутствия воображения.

— Это я-то узколобый? — догнал меня Чжунэ. — Поехали ко мне, я тебе такое воображение продемонстрирую…

— Что и требовалось доказать — узколобый, — пожала я плечами, — опять кровать, опять всё о кровати.

— Не самая бесполезная платформа, между прочим.

— Как в Кинг-Кроссе девять и три четверти?^[37] Я попаду в сказку?

— На конец никто не жаловался, — самоуверенно повёл бровью Чжунэ. Я остановилась и взяла его за руку. Мне срочно нужно было удовлетворить потребность хоть в каком-то прикосновении. Я тоже завелась в хорошем смысле.