Книга Амазонка бросает вызов, страница 156 – Юлия Чеснокова

Намджун ждал меня возле администраторской стойки, когда я закончила. Попрощавшись с тем улыбчивым парнем, который когда-то впервые меня тут встретил, мы с зятем вышли из центра и сели к нему в машину.

— Наклюкались мы вчера, да? — заведя мотор, смущенно улыбнулся Намджун. На его щеках прорисовались ямочки.

— Было дело, — кивнула я с озорством. — Зато есть, что вспомнить! Гулянка удалась, мне кажется.

— Мне тоже понравилось. Ты ведь помнишь наш уговор, да? Никому не расскажешь, кого там видела?

— Помню.

— И имени Минатозаки Саны тоже не называй, — упомянул её Намджун, и я немного напряглась. Я бы вообще её забыла, если бы была в силах. Она красивая, очень, и танцует великолепно, но я не могу простить ей близость с Чонгуком, какой мне никогда не получить. — Она под псевдонимом другим выступает, это так, среди своих её настоящим именем зовут.

Я снова ненадолго ушла в себя, воспроизводя события мальчишника до того, как отключилась. Я тоже, в общем-то, танцевала с Чонгуком, но мой и её танцы были как небо и земля — на разных концах понимания, мироздания, существования и моральной этики.

Мы приехали домой. Намджун взял с заднего сидения букет цветов, несмело сжимая его в руках, и мы поднялись на второй этаж, я открыла дверь, начав разуваться, а зять так и вкопался на пороге.

— Чжихё! — крикнула я. — Я дома!

Это всегда работало безотказно, она бежала встречать меня, вместо мамы. Но выбежав из зала, она увидела Намджуна и, поставив руки в бока, попыталась принять сердитый вид. Это было бесполезно, лицо Чжихё не родилось для злобы, на нём, мне кажется, даже брови грозно сдвинуться не способны. Но всё-таки она демонстрировала праведный гнев, перед которым здорово тушевался Намджун.

— Ага, и ты тут? — прищурилась она.

— Солнышко, я извиниться хотел, — протянул он букет. Чжихё не пошевелилась. — Я был не прав. Но, правда, если бы там не было безопасно, или я бы усомнился в надёжности компании, я бы не позволил себе выпить и не следить за Чонён. Ты же знаешь, я за неё тоже волнуюсь, она и моя сестра теперь тоже.

Я сделала шаг к Чжихё и толкнула её вперёд, к жениху.

— Да прости ты его уже! Он не виноват! — Сестра, не умеющая показывать характер (хотя он у неё был, своеобразный, какой-то стальной несгибаемый стержень, который не выпячивался, но и не сгибался, если на него давили), особенно с теми, кого любила, осторожно подняла руки и взяла цветы.

— Ты безответственный, — тихо поругалась она на Намджуна, глядя на бутоны.

— Я больше так не поступлю, и пить больше не буду. Даже на свадьбе! — заверил он, скорее обнимая Чжихё, пока та заняла ладони и не могла оттолкнуть его. Да и стала бы? — Лапочка, поехали поужинаем где-нибудь? Сладенькое покушаем? — Намджун взял одну ладошку Чжихё и горячо поцеловал, заглядывая ей в глаза. Если он сумеет до конца жизни не растерять того, что было сейчас в его взгляде, то моя сестра станет самой счастливой женщиной на свете. Она зарумянилась.

— Я не одевалась никуда…

— Я подожду. Поедем на Намсан, закат посмотрим? — Чжихё вдохновилась, забывая все обиды.

— Ой, это было бы здорово! Сейчас, я быстренько! Пройди пока, посиди на кухне. Там пирожки под крышкой, поешь. Ты ещё не ужинал, значит, да? — заботливо притормозила она.

— Да там поедим, там, собирайся! — принялся разуваться он.