Книга Амазонка бросает вызов, страница 145 – Юлия Чеснокова

— Да нифига себе заявки, — засмеялся он, обнимая Рэй за талию, — я тоже на отдыхе, вообще-то.

— Ну, одну песню, чего ты? Спой нашу, которую Хонбин сочинил?

— Господи, ладно, — отставил Дэхён выпивку и направился к сцене. — Есть же ты зараза, Джей-Хоуп, канючащая.

— А ты думал, как разбогатела моя семья? Мы генетически лучше всех умеем канючить, нам сложно отказать. — Он опустился на стул, и по тому, как он в нём растёкся, было видно, что ему уже очень хорошо. Рядом, с краснеющим лицом, сидел такой же довольный Намджун, которого тут почему-то все называли Рэпмоном. И Хосок оказался Джей-Хоупом. Если я ещё и выпью побольше, то вовсе запутаюсь.

Дэхён спел песню, которую я никогда не слышала в его репертуаре. Она была о дружбе, и тронула моё сердце. Мне не хотелось показаться сентиментальной, поэтому я старалась отвлекаться на что-нибудь, но в результате увидела, что Рэй, начиная плакать и пытаясь это скрыть, ушла в туалет, не дослушав. Какими бы мы не были драчуньями и бойцами, мы всё равно девушки, и души у нас тонкие, чувствительные. Пока парни с каменными лицами наслаждались музыкой, мы всем нутром переживали каждое слово. Или на Рэй просто беременность влияет? Так, я ничего не знаю, это секрет.

Решив порадовать жениха ещё одной песней, Дэхён запел дальше. В зале приглушили свет, поэтому со сцены происходящее в нём было не видно. Софиты и прожекторы явно готовили к чему-то тому, что будет дальше. Допив третий бокал и отставив его, чтобы пока мне больше никто не подливал, я встала и подошла к Чонгуку. Это как-то внезапно и неукротимо проснулось во мне, порывом, желание и сразу же решение.

— Пошли, потанцуем? — Протянула я ему ладонь. Чонгук поднял лицо вверх. Посмотрел на меня долгим и проницательным взглядом. Он взвешивал, стоит ли соглашаться? Вспоминал все обеты, которые давал? Соотносил борьбу с танцем, что из этого менее греховно?

— Пошли, — согласился он, отставив стакан, но пока он поднимался, я взяла его и отпила, попробовав, что же пил весь вечер Чонгук?

— Винишко, — разоблачающе хмыкнула я, ехидно прищурившись и поставив стакан на скатерть.

— Кровь Иисусья! — воскликнул рядом Шуга. — Чудеса!

Чонгук молча взял меня за руку и вывел на танцпол, скрипнув кожей штанов при ходьбе, после чего, не оправдываясь, как всегда, наклонился к моему уху и изрёк:

— Ты же замечательно знаешь, что я часто и много вру.

— Только я не могу понять зачем.

— Чтобы разочаровывать, — сказал он. Боясь прижаться к нему слишком сильно, и всё-таки держа руки на его плечах близко к шее, так, что большие пальцы почти её касались.

— А кто тебе сказал, что ты очаровываешь? — попыталась я снизить уровень его самовлюбленности. Впрочем, нет, это называлось как-то по-другому. Самовлюблённым был Чжунэ, а Чонгук… знал себе цену? Нет, не то. Был слишком прозорлив и догадлив?

— Глаза твои сказали, — отвел взор парень на друзей, пока мы с ним кружились. — И чем больше ты пьёшь, тем громче они рассказывают.

— А что, нельзя тобой очароваться? — Где-то тут я поняла, что за меня уже говорит шампанское. В другой раз я бы смутилась и ушла, потому что никогда прежде не приходилось признаваться в симпатиях, но под действием спиртного я даже не нервничала и не стеснялась. Магическое зелье.